На ночь гладя публикую выдержку из книги "Золотой век серийных убийц". Людям впечатлите...
На ночь гладя публикую выдержку из книги "Золотой век серийных убийц". Людям впечатлительным читать не рекомендую: Альберт Фиш: Лунный маньяк, или Серый призрак, Нью-Йорк, 1928–1935 годы Самой шокирующей серией убийств того периода было дело Альберта Фиша – даже по современным стандартам оно больше напоминает фильмы ужасов. Альберт Фиш происходил из семьи с долгой историей психических заболеваний и вырос в приютах, где подвергался жестоким издевательствам. Он обожал хлестать себя кнутом, пил собственную мочу и пожирал экскременты, пытал себя, загоняя иглы, булавки и гвозди в пах – после ареста на рентгене их обнаружили несколько десятков. Он наслаждался, заталкивая вату, смоченную керосином, себе в анус, а затем поджигая ее. У него имелась целая коллекция пыточных приспособлений, включая доски, утыканные гвоздями, которыми он до крови избивал себя, одновременно мастурбируя. Он был настоящим тасманийским дьяволом парафилий, энциклопедией перверсий, «полиморфным извращенцем», по словам одного психиатра, который считал, что Фиш мог изнасиловать более сотни детей. Совершая преступления, Фиш вдохновлялся не порнографией или эротикой, а Библией. Вероятно, он был клиническим сумасшедшим и страдал от психоза визионера – то есть испытывал галлюцинации, в которых бог велел ему убивать и калечить детей, как в Книге Бытия он велит Аврааму убить и принести в жертву своего сына. В июне 1928 года Фишу было пятьдесят восемь лет, но выглядел он гораздо старше. Тогда он и увидел объявление, данное семьей Эдварда Бадда, подростка из Нью-Йорк-Сити, который искал себе подработку на лето. Фиш связался с родными мальчика, представившись Фрэнком Говардом, фермером с большим поместьем в Нью-Джерси. Его план, как он признался позднее, состоял в том, чтобы заманить мальчика за город и убить его, отрезав пенис и дав ему истечь кровью, а затем съесть. Явившись к Баддам в дом, он произвел на них большое впечатление своей дорогой одеждой и добродушным, как у старого дедушки, поведением. Они уже мечтали о том, как их сын будет наслаждаться свежим воздухом и зарабатывать деньги, уехав из пыльного летнего Нью-Йорка. Он согласился вернуться в субботу на обед, а затем увезти Эдварда с собой «на ферму». В субботу 3 июня Фиш пришел к Баддам с подарком – сыром и свежей клубникой. Его познакомили с десятилетней дочерью Баддов, Грейс, и Фиш, опять же по позднейшему признанию, сразу решил убить и съесть ее вместо брата. Фиш сказал родителям девочки, что отъезд на ферму придется немного отложить, потому что его сестра устраивает праздник в честь дня рождения племянницы. Там будет много ребятишек, игры и праздничный торт. Может, Грейс захочет пойти с ним туда сегодня вечером? Сочетание характерной для той эпохи наивности, обаяния Фиша и желания Баддов угодить симпатичному фермеру, предложившему их сыну работу на лето, позволило родителям отпустить девочку с незнакомцем. (Конечно, они спросили, где живет его сестра, и Фиш назвал им адрес на пересечении Коламбус-авеню и 137 улицы. Кто из нью-йоркцев даже сегодня знает, что Коламбус-авеню заканчивается на 110-й улице?) Домой Грейс так и не вернулась, и четыре года ее таинственное исчезновение муссировалось в прессе, пока Фиш не прислал матери девочке письмо, где в кошмарных деталях рассказывал, как убил ее и съел. В письме Фиш много говорил о каннибализме во времена голода в Китае, а далее сообщал [пунктуация и правоописание даны по оригиналу]: В субботу в июне 3—1928 я пришел к вам по адресу 406 З. 15 у. Принес сыр и клубнику. Мы пообедали. Грейс села ко мне на колени и поцеловала меня. Я решил съесть ее, притворившись, что веду на праздник. Вы сказали Да она может идти. Я увез ее в пустой дом в Вестчестере который выбрал заранее. Когда мы туда приехали, я сказал ей оставаться снаружи. Она собирала цветы. Я поднялся наверх и снял всю одежду. Я знал что иначе на ней останутся следы крови. Когда все было готово я подошел к окну и позвал ее. Потом спрятался в шкафу пока она поднималась. Когда она увидела меня голого то