Скоробогатово.
Скоробогатово. Здесь разговор вышел другим. Скоробогатово — Назаровский район, Подсосенский сельсовет, в 75 километрах от Назарово. По переписи 2010 года здесь жили сто четыре человека. Сегодня на встречу пришли единицы: почти все взрослые, почти все пенсионеры, детей нет. Разговор начался не с приветствия. Первое, что мне сказали: «Какой только не приезжал», «сколько уже было тут», «сколько вы привозили». Сказали грубо, в лицо, не выбирая слов. Мне прямо дали понять, что здесь уже не верят. Я не стал спорить и не стал обижаться. Злость здесь адресована не мне лично, а всем. Что я им сказал в ответ.. Сказал то, что есть. Что я сам с войны: сто тридцать два нас было. Что в строю осталось мало — и это не цифра из отчёта, а те, кого больше нет. Что после возвращения я создал правозащитную организацию и судился много с кем. Что мои братья смотрят на меня отовсюду: и с неба, и с фронта. И что будет так. Поэтому и езжу — не отчитываться, а записывать. Хочу собрать пазлы реальной картины. После этих слов мужики как-то опустили глаза. Видимо, задело. Вот что я увидел в этот момент: это работяги, на которых здесь всё держится. Руки, дома, хозяйство, дрова, вода — всё на них. Их не убеждать надо, им надо просто не мешать. Что здесь есть и чего нет... Медицины нет. ФАПа нет. За помощью — в Подсосное, по этой же дороге, и только когда оттуда приедет машина. Ждут. Ночью привозят в больницу — и «не факт, что примут». Одна из женщин рассказала: скорая приехала ночью, увезли, а дальше человек остался один на один с этим. Раньше был свой фельдшер — сейчас звони и жди. Дорога. Сейчас её не видно под снегом — и это не фигура речи. То чистят, то нет. Обещания про технику были, но в деревне их не увидели. А без дороги здесь не работает ничего: ни магазин, ни больница, ни подвоз. Вода — самая тяжёлая тема. Колонка и башня есть, напора не хватает, вода идёт самотёком. Трубы забиваются, летом вода «стоит и болотом отдаёт», залить отопление из колонки — значит залить коричневое. Фильтрации никакой, чистят, когда уже совсем не идёт. Магазина нет. Автолавка раз в неделю. Всё остальное люди решают сами: «Главное, чтобы дорога была — мы сами съездим». Освещение есть. Единственное, что здесь не в списке проблем, и люди сами это сказали. Мелочь, но я записал отдельно: значит, когда-то сделали, значит, можно. Что я услышал за этой злостью? Никто не просил невозможного. Просили три вещи: чтобы дорогу чистили зимой, чтобы была вода и чтобы до них доехали. Всё. Договорились о простом: обменялись телефонами. В каждой деревне нужен один человек, который готов говорить и присылать факты. Честь имею🫡