Святой профессионал: почему канонизировали воина Федора Ушакова
Святой профессионал: почему канонизировали воина Федора Ушакова Чем-то удивительным кажется канонизация адмирала Федора Ушакова, день памяти которого сегодня, 15 октября. Прославлен был не монах, не мученик, не молитвенник, не епископ, не праведный правитель, не человек, отметившийся подвигами благотворения, а профессионал, спец в своем деле, который, по большому счету, просто образцово выполнял свой долг. Канонизация адмирала легитимизировала для христианина, освятила общественное разделение труда. Все предшествующие канонизации — стихийные или проведенные в соответствии с определенными процедурами — с точки зрения социально-экономической почти всегда производились по сословному признаку: новый святой принадлежал либо к духовному сословию (монахи, конечно, сколько угодно могли быть из крестьянства, но святости они достигали не как крестьяне, а как монахи), либо к самым сливкам аристократии, которая de facto брала на себя функцию по руководству христианской общиной в масштабах государства. Все исключения сводятся к тому, что профессиональная деятельность, например, врача, для канонизируемых была чем-то привходящим, а в качестве существенного основания для прославления выступало, скажем, чудотворение или мученичество. Митрополит Варсонофий в 2001 году, выдвигая основания для канонизации Ушакова, сослался на примеры Александра Невского и Димитрия Донского. Проблема в том, что и тот и другой в первую очередь были главами средневековых христианских государственных образований, то есть, по сути, светскими епископами. Адмирала же Ушакова канонизировали именно за то, что он адмирал, за то, что исполнение им обязанностей флотоводца приближалось к некому умозрительному идеалу. О канонизации Федора Ушакова рассказывает Тимур Щукин.