Зин, где бензин? — 13 июля 2026 г. в 10:18:07.143
Зин, где бензин? Актуальная ситуация в Воронежской области (на 10-12 июля 2026 г.): по данным регионального оперштаба, обеспеченность АЗС бензином в области составляет около 50%, дизельным топливом — почти 70%. Это официальные данные, реальность: 1-2 часовые очереди. За месяц закупочная цена тонны летнего дизеля на площадке «Воронеж» выросла на 46% — с 97,8 до 142,7 тыс. рублей. Розничные цены за неделю с 30 июня по 6 июля выросли: дизель — на 4,8% (до 90,83 руб./л), АИ-92 — на 5,1% (до 81,29 руб./л). Власти рассматривают введение продажи по схеме «чёт-нечет». Строительная отрасль России оказалась в двойственном положении на фоне топливного кризиса, охватившего более 50 регионов страны. Официальные заявления отраслевых лидеров и реалии на стройплощадках демонстрируют существенный разрыв: пока одни говорят о стабильности, другие фиксируют фактическую остановку техники. Президент Национального объединения строителей (НОСТРОЙ) Антон Глушков в конце июня 2026 года заявил, что ситуация с топливом для строительной техники «достаточно стабильная, хотя и не лишена нюансов». По его словам, подавляющее большинство машин работает на дизеле, бензин используется редко, а доля расходов на эксплуатацию техники в структуре затрат на социальные объекты составляет всего 6-10%, поэтому даже удорожание топлива на 1% «не приведет к существенному росту стоимости строительства всего проекта». Однако эта статистика не учитывает главного — физического доступа к топливу. Согласно данным, тяжелая строительная техника фактически осталась без работы из-за запрета отпускать топливо в канистры: владельцы бульдозеров, экскаваторов и другой гусеничной техники не могут обеспечить ее топливом, ведь такая техника не имеет права передвигаться по дорогам общего пользования до автозаправочных станций. Это создает парадоксальную ситуацию: топливо есть на АЗС, но заправить гусеничный экскаватор на стройплощадке невозможно. Оптовая цена дизельного топлива всего за несколько дней выросла со 107 до 115 рублей за литр. В Воронежской области, где ситуация особенно острая, закупочные цены для сельхозпредприятий за месяц подскочили на 46%, и хотя Глушков называет средний рост за июнь в 0,82%, реальность для региональных подрядчиков выглядит иначе. Критическая проблема — отсутствие механизмов компенсации: глава НОСТРОЙ признает, что подрядчики, выполняющие государственные контракты, не имеют законного инструмента для увеличения цены контракта в связи с ростом цен на ресурсы, и «они вынуждены принимать эти убытки на свой счет, что бьет именно по их финансовой устойчивости». В коммерческом секторе застройщики могут заложить риски в маржинальность, но для бюджетных строек такой возможности нет. Нефтяные аналитики указывают на глубинные причины: в мае 2026 года добыча нефти в России снизилась до минимума за год после усиления атак БПЛА по НПЗ, правительство ввело запрет на экспорт дизельного топлива и начало импорт из Индии. Однако административные меры, по мнению экспертов, лишь сглаживают ажиотаж, но не устраняют системную проблему. Для строительной отрасли это означает долгосрочный риск: снижение перевозок строительных грузов (щебня, песка) уже зафиксировано на уровне -11% по данным РЖД, и если ситуация сохранится, под угрозой окажутся сроки сдачи объектов, особенно в регионах Черноземья, где топливный кризис ударил по всей производственной цепочке. Чего же ждать в ближайшей перспективе? Прежде всего — роста себестоимости строительства: даже при официально «стабильной» ситуации рост цен на топливо и смазочные материалы будет перекладываться в цены, особенно в коммерческом сегменте. Далее неизбежна консолидация подрядного рынка: мелкие и средние подрядчики, особенно работающие по госконтрактам, окажутся под давлением, поскольку у них меньше возможностей для создания топливных резервов и они сильнее зависят от розничных АЗС с лимитами. Одновременно будет развиваться альтернатива — в федеральном бюджете 2026 года предусмотрено 1,2 млрд рублей на Продолжение 👉