Сегодня в храме случилось чудо. Не громкое, не для всех, а тихое — только для двоих.
Сегодня в храме случилось чудо. Не громкое, не для всех, а тихое — только для двоих. Я зашла в один из своих любимых храмов и поднялась на второй этаж. И вдруг слышу — очень громко читают молитву «Отче наш». Я очень люблю эту молитву, она для меня одна из самых сильных, всегда отзывается в сердце. Подумала сначала: как громко батюшка читает. Но поворачиваю голову — и вижу: это не священник. Это молодой мужчина. Держит свечу, вслух молится и в перерывах между словами произносит своим, личным, выстраданным: — Забери все зависимости… от вредных веществ… Господи, забери всё это… нейтрализуй… всю эту боль в моем сердце… всё это зло, которое… И было в его голосе такое, отчего многие вокруг начали оглядываться, кто-то — осуждать. А я подошла ближе. Там стояли очень сильные иконы, мощный выброс энергии. Он прервался. Увидел меня. И вдруг протянул мне свечу. Я взяла её. Краем глаза заметила, что он смотрит на меня. Подняла глаза — безумно красивый мужчина, лет тридцати пяти. Он смотрел прямо, а потом закрыл глаза, и из них потекли слёзы. Я не знаю, что это было. Может, мне показалось. Но между нами случился какой-то невероятный, безмолвный диалог. Без слов. Глубже слов. Я зажгла свечу и прошла дальше. Когда спустилась на первый этаж, услышала женщину, которая возмущалась: — Уберите этого мужчину! Он не даёт мне молиться! Но батюшка ответил ей строго и мудро: — Не разрешаю и не благословляю воспитывать прихожан. Каждый должен молиться в своём сердце так, как ему откликается. Я ещё немного походила по нижнему храму — там тоже произошло много интересного, будто всё вокруг зазвучало иначе. А потом он — тот самый мужчина — прошёл мимо меня и тихо сказал: — Я всех потерял. Это страшное зло. Я не хочу потерять себя. Спасибо вам за то, что смотрели на меня так по-доброму. И дал мне огромную пачку денег. Я эти деньги не взяла себе. Оставила на благотворительность, в храм. Удивительный, чудо-человек. Готов отдать огромную сумму просто за один добрый взгляд. Потому что для него этот взгляд, может быть, дороже всего. Потому что в нём — неосуждение, а любовь и принятие. В храме есть место для каждого, особенно для того, кто громко просит об одном: «Я не хочу себя потерять».