Вот сейчас все и оборвется. Вся ее связь с этой малышкой со сморщенным лобиком – с её д...
Вот сейчас все и оборвется. Вся ее связь с этой малышкой со сморщенным лобиком – с её девочкой. А что придет на смену? А придет она – удушающая боль, а с ней старуха-смерть, которая так и звала к себе. Сердце застыло, замерло и Надя схватилась за края кровати. – Чего ты? Чего? Ну, ну, – тетка пересела на кровать, взяла за плечи, – Падать не соберись смотри. Я ж не пугать, я спросить пришла: удочерить девочку не думала? Или просто грудь спасаешь? Не поняла я ... Карточку твою я посмотрела, замужем, второго ребенка теряешь. Не думала об удочерении? А? Надежда медленно сейчас соображала. Повернулась к тетке, переспросила. – Что? – Что-что! Помочь с удочерением могу, но только при большом твоём желании. И мужа, конечно. При вашем желании. Хотите или нет? – Мы? – Ну, не мы же..., – тетка нервничала, – В общем, думайте. День даю. Завтра Вера дежурит, ей скажешь. Но завтра – крайний срок. Потом может поздно быть. Тетка ушла также тяжело, вперевалку. А Надя все думала, может ей показалось, что это была полная тетка в белом халате? Может это легкий ангел залетал ... "Саш, тут девочка есть. Её бросили. Возьмём?" "Саш, спасибо тебе, нужно согласие подписать." "Саш, медсправка нужна твоя, это тоже – для удочерения." "Саш, виноград мне никак нельзя. Я – мать кормящая." автор Наталья Павлинова