«Сорок пятый год, весна. Мы жили на Тверской, а тогда она носила другое название — улиц...
«Сорок пятый год, весна. Мы жили на Тверской, а тогда она носила другое название — улица Горького. Девятого мая происходило нечто невероятное. Представьте себе, что люди шли от стенки до стенки дома… Тесно, многочисленно, ярко, радостно, гордо. Ту атмосферу невозможно передать самыми сильными словами, невозможно сыграть её, изобразить… Кто видел происходящее — тот подтвердит. Помню, к нам во двор случайно зашел мальчик. Небольшого роста, лет двенадцати от роду. С очень глубокими, какими-то особенными, грустными даже глазами. "Сын полка, смотрите!" — перешептывались ребята и окружив его, разглядывали с восторгом и завистью его военную форму, офицерские сапоги, две его медали. Он ничем не хвастался перед нами, просто кого-то, очевидно, ждал, привычно курил папиросу… А я навсегда запомнил далеко смотрящие, спокойные его глаза. Это были глаза взрослого человека». — из воспоминаний Василия Ливанова.