н из-за чего правая щека Отиса с давним рваным шрамом задёргалась. — 4 мая 2026 г. в 10:51:23.478
н из-за чего правая щека Отиса с давним рваным шрамом задёргалась. - Три стакана воды…нет лучше светлого пива, - передумал я, провожая взглядом холостяка с сальными волосами волочившегося за симпатичной дамой в чёрном облегающем платье курившей сигарету в длинном мундштуке. - Может быть три кружки? Есть «Румберг», Салливан», «Красный ячмень», «Синяя гора»… - НЕТ, именно стакана, - жёстко произнёс я, одновременно подумав будто что-то забыл сделать перед приходом сюда. - Если есть возможность пусть оно будет без пены. Можно даже старое, то что вы уже готовы вылить. Не то чтобы Жердь сильно удивился, но вопросы задавать не стал и выполнил указания. Спустя какое-то время молоденькая девушка-официантка в кружевном фартуке поставила передо мной три низких широких стакана для виски из толстого стекла наполненные золотистым напитком. «Отлично», - подумал я, радуясь, что рана Отиса на лице неплохо зажила. В конце концов восемь из десяти человек укушенных феями погибают. Даже я остановил кровь с большим трудом. На сцене заиграло что-то бодрое похожее на военный марш и девчонки щедро даря окружающим горячие взгляды дружно замаршировали словно солдаты на плацу. Мужчины за столиками расставленными вокруг сцены засвистели от восторга. Запустив руку во внутренний карман пиджака, я вытащил портмоне на замочке-молнии со множеством отделений каждое из которых было занято пробирками с жидкостями разного цвета. Найдя ярко-синюю, я вылил её в первый стакан пива. Ячменный напиток отлично абсорбировал смесь и усиливал её действие. Опрокинув отвратительный на вкус коктейль в рот, закрыл глаза и минуту-другую сидел неподвижно пока не почувствовал покалывание в области переносицы. Распахнув глаза, я теперь рассматривал зал кабаре словно сквозь синее стекло. Нет, в темноте я и так видел лучше кошки и искусственный сумрак зала мне не мешал. Предназначение смеси было иное. Сейчас я подмечал всё сверхъестественное творящиеся в зале. Так… что тут у нас? Пара гремлинов внутри ржавых труб, невесть каким чудом залетевшая на чердак райская птица алконаст, трусливый убор мечтающий о человеческой крови, но жрущий мышиное дерьмо и дохлых крыс в подвале, у двоих посетителей в часах и зажигалке аями – проклятие постепенно поедающее душу и вызывающее болезни (наверняка подарок завистников или давнего тайного врага), дубовик заглядывающий чёрными птичьими глазками в окно кабаре (недавно здесь неподалёку срубили древний дуб расколотый молнией в непогоду и тот страшно злился на это, но отомстить по-настоящему не решался так как пугался города и его обитателей), сикигами вселившаяся в кошку сидевшую на коленях у старика (он растёт и становится сильнее надеясь вселиться в хозяина животного – зря старается тот на днях умрёт от инфаркта и планам злопакостного духа не суждено будет сбыться), никем не виденная идущая по залу обнажённая золотоволосая гиана (когда-то безусловно опасная, но с возрастом привыкшая к людям, полюбившая их и впавшая в депрессию), баг притаившийся под сценой – детский кошмар только на словах, а на самом деле безобидное существо только внешним обликом способное напугать и то не всегда и не каждого). «Это всё не то!» – подумал с лёгким раздражением я, снова почувствовав, что забыл сделать нечто важное перед приходом сюда. Коулман был уверен, что убийца, кем бы он ни был, выбирал жертву именно здесь, в кабаре Отиса. Уже обнаружено четыре обескровленных, иссохших трупа с одинаковыми отверстиями в виде треугольника на груди, полицейские сбились с ног, а результата нет. Хм, но никто из этих существ не способен был на такое убийство. В этом я был уверен. Мимо процокала каблуками скуластая высокая женщина-блондинка с лихо подведёнными тушью синими глазами в тёмно-зелёном платье с тюрнюром на пояснице в виде сборчатой накладки-банта, располагавшейся чуть ниже талии, что придавало её силуэту соблазнительный вид. То и дело мужчины бросали взгляд ей в спину, впрочем, немалой долей привлекательности наделяла её и высокая, пышная грудь, еле умещавшаяся