ь превратили его в густую массу, которую называли кашей-малашей. — 14 августа 2026 г. в 08:45:55.364
ь превратили его в густую массу, которую называли кашей-малашей. - Пап, а ты всегда будешь со мной? – рисовала она грязными руками узоры на моих ладонях. - Конечно любимая. - И даже когда я стану большая? - Да. - И когда у меня будут детишки и красивый муж? - Ага. - И когда стану старенькой бабушкой? - Ну тогда я уже, наверное, умру, - рассмеялся я, помогая дочери слепить очередную стену не слишком красивого, но крепкого замка. - Но мама говорила, что пока мы помним близких они с нами. Это правда? – спросила дочь оставив на поверхности песка следы от тоненьких пальцев. Супруга. Я вспомнил её быстрые ловкие руки на клавишах старенького пианино в нашей первой квартире, её измазанную краской, раскрашивавшую в ярко-зелёный цвет потрескавшуюся входную дверь во второй, пирожки и куличики, которые они лепили с только-только начавшей ходить дочерью в песочнице, теплые золотисто-карие глаза, спасавшие от всех невзгод. и грустно улыбнулся: - Мама не обманула тебя. Снова тропа и худенький смуглый старичок рядом. - Ты не ошибся. А почему именно это воспоминание? – задумчиво спросил он. - Даже и не знаю. - Ты почти не сомневался, - он встал посередине тропы перегородив мне дорогу будто дальше мне было идти нельзя. - Да, не сомневался. - Что ж, я даю тебе шанс. Но будь готов что она сразу тебя не узнает девятихвостый. Теперь ты кюби - дух-хранитель маленькой девочки. Не подведи её. * * * Прошёл почти год, а разговор тот словно звучал в моей голове и по сей день. Тот, кто наделял, старик с сиреневыми глазами, конечно забыл упомянуть про другие мои обязанности… но ничего, я справляюсь. Красавица моя положила маленькие ладошки под щёчку и трогательно сопела чему-то нахмурившись во сне. Расслабься, улыбнись, всё хорошо! Да моя рыбка, я не вернулся с войны (эта проклятая мина под ногами не оставила мне не единого шанса) и маму мы потеряли, но будь уверенна папочка никогда тебя не бросит. Пусть и в другом облике, но я всегда буду рядом. Помогу, посоветую, удержу от необдуманных поступков. Ты просто ещё слишком маленькая, чтобы меня видеть, но к двенадцати годам всё изменится. Он обещал, говорил… Мы будем вместе. А может… Эх, чем чёрт не шутит. Дурацкие присказки у меня остались, хоть чертей с того времени я покусал не мало. Я принял свой старый облик (теперь-то это занимало у меня пару секунд, не то что в начале), тот самый с вокзала – выглаженная форма, офицерские погоны, звёзды сверкают, фуражка. Тихонечко присел на краешек кровати и пальцами убрал светлый локон волос со лба дочери. Неужели? Пусть! Если увидишь, узнаешь я буду самым счастливым че… тьфу! … отцом! Сердце моё, которого и нет уже давно, билось как сумасшедшее. - Папа? Папочка! – приоткрыв глаза во сне дочь счастливо улыбнулась и схватив меня за руку упрятала мою ладонь себе под щёку продолжив спать как ни в чём не бывало. Лобик её разгладился, и вся она засветилась от счастья. Фух! Ну вот, а ты говорил не узнает, - тихо произнёс я, разглядывая своё отражение в зеркале в углу комнаты. И хоть смотрел на меня из отражения не подтянутый военный средних лет в форме, а всего лишь ухмыляющийся огненно-рыжий лис с девятью хвостами, я совсем не расстроился. Главное, что моё самое важное дело продолжается. В начало рассказа