- Не кого, а что. Ты будешь искать глупость, неверность, жадность и злобу. С помощью св...
- Не кого, а что. Ты будешь искать глупость, неверность, жадность и злобу. С помощью своего дара ты заполнишь этот сосуд, и, когда он будет полон до краёв, ты обретёшь, то, что хочешь. Третья эриния (да, да, это, конечно, были богини ненависти и мести!) с оранжевым пламенем в глазах бросила мне средних размеров склянку под ноги, а первая просто улыбнулась, показав острые зубы. В тот же момент сёстры исчезли, а путы сползли с моего тела, которое налилось силой. Подняв склянку к глазам, я увидела, что внутри возникла чёрная смолистая капля. Совсем маленькая. - Что это, капитан?! - закричал со страхом чернобородый здоровяк, обожавший часами мять мою маленькую грудь. На его шее появились большие выпуклости, чернеющие на глазах. Только сейчас убийцы заметили, что я свободна. Но им было теперь не до меня. Один за другим они падали на палубу, и скрючившись, умирали в мучениях. "Всего одна маленькая капелька за полный корабль пиратов? - подумала я с отчаянием. - Эдак я долго не вернусь к своей семье». Так началось моё путешествие. Корабль носило по волнам, прибивая то к одному острову, то к другому, и везде я искала глупость, неверность, жадность и злобу. Жаль, что почти все носили эти чувства внутри себя. В очень редких случаях я не трогала людей меньше других подверженных этим порокам или разрешала выздороветь тем, кто мог исправиться. Шли годы, десятилетия и века, а склянка моя наполнилась менее чем наполовину. Корабль давно превратился в пыль, также как и высохшие тела убийц моей семьи. Я скиталась по миру, появляясь, то там, то тут, и нигде мне не были рады. Но однажды мне повезло. Я отправилась следом за группой всадников в металлических одеждах, вооружённых до зубов. Ох, как я тут разгулялась! Опустошая целые города и регионы, я лёгкой походкой шла по обочине дороги, ладошкой ведя по траве. Вот только ничего не чувствовала. Совсем. «До конца осталось совсем чуть-чуть», - говорила я сама себе, оставляя за спиной костры, на которых сжигали тела умерших, и многоголосый плач выживших. Я ошибалась. Чем больше заполнялась бутылочка, тем больше требовалось ей жертв. Ещё долгие десятилетия я путешествовала по миру, видела войны, победы и человеческую глупость. Свой дар теперь использовала значительно реже, ибо люди поняли, как с ним бороться. Поняли, но не до конца. Мне оставалось совсем чуть-чуть, когда я снова взялась за старое. Горы, степи, маленькие, смешные, улыбчивые люди и вдруг... другие - серьёзные в белых халатах, с красными звёздами на головных уборах. Я помню доктора с зелёными глазами, ухаживавшего за больными и оставшегося равнодушным к моему дару. Он был идеален, и я отстала от него. Ночами мужчина что-то писал, смешивал жидкости, колол иголками больных, а потом... увидел меня. Да, да, я уверена он увидел меня. Взгляд врача остановился на моём лице, он вздрогнул, зрачки расширились от удивления. Мурашки пробежали и по моей спине. Я влюбилась в него, хоть и не знала, что это за чувство. Несколько дней ходила везде следом, а он вздрагивал, когда я останавливалась рядом, и тёр глаза под очками пытаясь убедить себя в том, что просто не выспался. Он лечил последствия моего дара. Почти не отдыхал, страдал, а я мешала ему. Мешала! Однажды, когда он тревожно задремал прямо за столом, склонив голову над тетрадкой с записями, мне удалось поговорить с ним. - Ты устал, милый? - Да, но это всё из-за проклятой чумы. Я должен, должен решить задачку. Больше некому! - А зачем? - Спасти людей. - Но они заслужили смерти. Они злы, завистливы, неверны... - Это не нам решать. - А кому? Ответа не было. Врач только улыбнулся во сне. Словно ребёнок. И улыбка эта произвела на меня неизгладимое впечатление. Я неожиданно поняла, как устала от всего этого. Решения было принято мгновенно. Дзинь! Вдребезги я разнесла проклятую склянку, и чёрные маслянистые капли растворились в воздухе, словно их и не было никогда, а я, поцеловав доктора в небритую щёку, отправилась восвояси, в степь, понимая, что здесь мне не место.