СДЕЛАЛА ЗАМЕЧАНИЕ СОБАЧНИКУ, А ОН ОТВЕТИЛ ТАК, ЧТО ВЕРА СХВАТИЛАСЬ ЗА СЕРДЦЕ. НО ВЕЧЕРО... — 21 июня 2026 г. в 04:24:15.787
СДЕЛАЛА ЗАМЕЧАНИЕ СОБАЧНИКУ, А ОН ОТВЕТИЛ ТАК, ЧТО ВЕРА СХВАТИЛАСЬ ЗА СЕРДЦЕ. НО ВЕЧЕРОМ ОНА ПОНЯЛА, ЧТО БЫЛА НЕПРАВА, И ЧУТЬ НЕ ЛИШИЛАСЬ САМОГО РОДНОГО ЧЕЛОВЕКА Вера Ивановна всегда обходила эту аллею стороной. Да ну их, этих собачников! И животные у них зубастые, и сами они тоже ответить могут! Однажды Вера Ивановна сделала совершенно справедливое замечание одному типу, что надо водить собаку в наморднике. — А вы? Вы почему не надели?! — огрызнулся тот. — Что не надела? — растерялась Вера Ивановна, стала оглядывать себя. Однажды она умудрилась забыть надеть юбку. Но это было много лет назад, когда Верочка была молода и водила в садик детей, так спешила, что вот, забыла про юбку… — Вы себе намордник не надели, — пояснил дядька. — Мой Мальчик на вас и не смотрит, а вы гавкаете! — Я не гавкаю! Позвольте, но у вас бойцовская собака! Да–да! Я видела в новостях, что такие, как у вас, вцепляются и… Мальчик грустно, даже как–то с укором посмотрел на стоящую чуть в стороне женщину, попереминался с лапы на лапу и дернул хозяина, мол, пошли уже, чего тут доказывать… — А вы больше смотрите, что вам покажут. Лучше бы книги читали! Пойдем, Мальчик, пойдем, мой хороший! А то здесь старушки гавкают! — проворчал мужчина, развернулся и ушел. Собака потрусила за ним, а Вера Ивановна покачала головой. Все эти баталии «собачников» с «несобачниками» всегда заканчиваются обидами. Всегда. Хотя есть правила, есть законы, неужели сложно их соблюдать?!.. Михаил Семенович медленно дошел до дома, уговаривая себя и Мальчика не расстраиваться. — Ты ее не слушай! Никакой ты не бойцовский! Что ты, петух что ли или рыбка, она тоже петухом бывает. Нет! Ты нормальная собака, понял? Мальчик протолкнулся в открывшуюся подъездную дверь и как будто бы кивнул. — А она просто нервная! Валерианку надо пить! — обернулся и кинул в промозглую темень двора Михаил. — Тогда и чушь всякая в голове мерещиться не будет! Мальчик, средних лет амстафф, лобастенький и поджарый, очень красивого дымчато–серого цвета с белой манишкой, всегда гулял на поводке. Раньше, когда он был поменьше и достался не думающему заводить собаку Михаилу как приложение к квартире сына и его креветкам в аквариуме, то уж очень задирался к маленьким мопсам и другим плюшево–лохматым, как называл х Михаил Семенович. Те, ужасаясь, видимо, красоте Мальчика, брехали на него визгливо и тонко, а он от этого бесился. Ни дня не проходило, чтобы на прогулке не случалась этакая склока. — Малый, ну что ты как баба на рынке?! — уговаривал вдруг осиротевшего после отъезда хозяина Мальчика Михаил Семенович. — Они гавкают, а ты не обращай внимания! Просто иди гордо, смотри свысока, как я на женщин, и дело в шляпе! Миша гладил дрожащую от возбуждения спину собаки, нашептывал на ухо ценные рекомендации, Мальчик слушал и порыкивал. — Чего? Не любишь, когда шум наводят? Я тоже не люблю, браток! — кивал на вздохи пса Михаил. — Но они просто невоспитанные. И мы пройдем, даже не посмотрим в их сторону, да? Давай! После недели таких уговоров и запаха спрятанных в кармане Михаила лакомств Мальчик научился этому гордому, свысока, взгляду. Мелочь гавкала на него, а он и не думал реагировать. Нет! Не его это дело! — Да, хозяин? — оборачивался Мальчик и немного растерянно смотрел на длинного, тощего Михаила Семеновича, как бы ища у него поддержки. А тот, поняв как будто, кивал. И тоже смотрел гордо, независимо, так же, как на Веру Ивановну.