пытаюсь навязать тебе, что ты плохой. Почему это нельзя понять?»
пытаюсь навязать тебе, что ты плохой. Почему это нельзя понять?» Алекс лишь с упором посмотрел на Миру — долгим, непроницаемым взглядом, — оставив этот разговор на неопределённое время. — Мира, я уезжаю на работе, — сказал он наконец. — А ты со своими претензиями усложняешь моё пребывание в этих отношениях. Я не хочу ругаться. Пойми, я тоже живой. Но не могу выполнять то, что мне говорят. Я вырабатывал это не для того, чтобы разрушить. Прими этот факт — или наши отношения будут в горести обоим и ни к чему не приведут. Мира угрюмо смотрела на него. Внутри всё кипело, но она постаралась принять его чувства — так, как умела: стиснув зубы, проглотив горький ком. Она делилась с ним тем, что её беспокоило, и не хотела сделать плохо — даже если плохо ставилось ей самой. Мира была упёртая. Если что-то задумала — сделает. Она отступила. Но простить себе поражение не могла. Тут начиналась новая глава в её голове — глава борьбы с самой собой. У них не было всё гладко. Но она умела сглаживать углы. А когда становилось жарко — её было не остановить. И в этой тишине, что повисла между ними, было что-то от осени: когда листья ещё держатся за ветки, но уже знают, что скоро упадут. Она любила его так, как любят дом, в котором погас свет, — наощупь, по памяти, с надеждой, что кто-то всё-таки зажжёт спичку. А он молчал так, как молчат люди, которые боятся, что их голос дрогнет. И между ними росло не расстояние — росла стена, сложенная из недосказанного. #рассказы#истории#книга#короткиерассказы#поэзия#отношения#любовь