- Злата, детка, что же ты творишь? – мама присела на краешек кухонного дивана, поглажив...
- Злата, детка, что же ты творишь? – мама присела на краешек кухонного дивана, поглаживая её руку, - Очнись, доченька, грех это, грех.- Мамочка, ты жива? – в полузабытьи Злата заулыбалась маме, словно наяву почувствовав ласку, от которой так любила просыпаться в детстве, - Я не хотела, мамочка, - глаза слезились, дышать становилось всё труднее, - Илюша, сыночек, мамочка…- Майяяя, - вдруг закричала мама, - Майечка, помогиии.У самой Златиной двери Майя почувствовала запах газа. Она открыла двери своим комплектом ключей, который изъяла у Златы сразу после похорон, на всякий случай. Стянув с шеи шёлковый платок и прижав к лицу, Майя бегом рванула на кухню, сдерживая дыхание. Беззвучно ругаясь, она перекрыла конфорку и распахнула настежь окна по всей квартире. С балкона позвонила в «скорую» и услышав от оператора вопрос «– Суицид?», постаралась ответить, как можно спокойней:- Несчастный случай.Злата признаков жизни не подавала, но пульс прощупывался. И Майя, собрав волю в кулак, потому что на нытьё времени не было, засуетилась на «месте преступления», имитируя несчастный случай. Она набрала кипятку из-под крана в маленькую кастрюльку и опустила в неё пару яиц. Потом налила воды на плиту, чтоб, в случае чего, вопросов ни у кого не возникло. Сдать подругу в психушку в её планы ну никак не входило. Хотя, надо было бы, конечно, идиотку этакую. Успела! Так стремительно на её памяти «скорая» ещё никогда не приезжала.Повторив в больнице свою версию произошедшего и предоставив Златины документы для заполнения «входящих фолиантов» медсестре, она устало опустилась на кушетку и прикрыла глаза. Она корила себя за то, что расслабилась, потеряла бдительность и Златка улучила момент, чтобы свести счёты с жизнью. Майя и Злата выросли в одном дворе, их дружба началась в песочнице, вернее, с ссоры в ней. Пятилетними, сидя на попах в разных углах, под одним грибом-мухомором, они самозабвенно лепили куличики, не общаясь друг с другом. Майка решила познакомиться первой. Своеобразно. Чистенькой, беленькой девочке, похожей на куколку, она предложила открыть рот и закрыть глаза. Чего, в таких случаях, ждали мы ребятишками? Явно не подвоха. Злата его тоже не ждала, и распахнула милый ротик. Совок песка научил её на всю жизнь не вестись на подобные предложения. Нет, она не заголосила на всю округу сигнальной сиреной. Слёзки по её щёчкам заструились в полной тишине. И взгляд. Она посмотрела на рыжую девочку таким укоризненным взглядом, что та готова была съесть весь песок в этой песочнице, и в соседних дворах тоже. Что Майя и начала делать. Но одного совка оказалось достаточно, Злата, отплёвываясь, рассмеялась. И Майя тоже. Больше они не расставались никогда, став не просто подругами - сёстрами. Дружба их оказалась столь умильной, что даже родители девочек, совершенно искренне, звали обеих дочками. Абсолютно разные внешне и по темпераменту они и поссориться то толком не умели. Разве, только словесно. Майя, злясь, называла подругу «Червончиком», или «Копейкой», Злата, будучи более мягкой и не такой языкатой, называла ту «Футболкой». Но, если вдруг кто-то решал рискнуть здоровьем и назвать девчонок так же… Впрочем, таких случаев было всего два. Замуж Майя вышла первой. Её муж, Никита, в шутку называл Злату «младшей женой» и бесхитростно любил, как сестрёнку. Естественно, Злата стала крёстной мамой их доченьке Милочке. Сама она мужа выбирала долго, имела право, будучи признанной красавицей. Артур вошёл в её жизнь красиво. Седьмого марта, затарившись «миллионом алых роз», он ехал на собственную фирму, поздравлять и одаривать прелестниц, когда ему, в прямом смысле этого слова, перешла дорогу Злата. Он выскочил из машины и осыпал девушку цветами. А та, строго посмотрев на мужчину и провожая взглядом падающие к её ногам цветы, просто пошла дальше. Артур увязался за ней и сделал всё, чтоб она обратила на него внимание. Но, самое главное, Артур окружил Злату заботой. Он был старше на двенадцать лет и толк в ухаживаниях знал.