— До вечера уберись. Покупателям твой запах здесь ни к чему.
— До вечера уберись. Покупателям твой запах здесь ни к чему. Сын поставил материну сумку за калитку. Следом вынес пакет с лекарствами и комнатные тапочки. Мария Павловна стояла на крыльце в синей кофте. Не сразу поняла, что тапочки лежат в грязи. — Серёжа, это мой дом. — Был бы твой — сама бы крышу чинила. Я сюда столько вложил. За пять лет он сменил один смеситель. Деньги на крышу мать отдала ему ещё весной. Через месяц сын приехал на другой машине. Теперь у него были долги. Мария Павловна знала: звонят по ночам, требуют вернуть. Но о продаже дома услышала только сегодня. — Я ничего не подписывала. — Подпишешь. Задаток я уже взял. Он бросил на стол ручку. Накануне мать отказалась отдать ему последние сбережения. Сказала, что оставила на зиму и лечение. Сергей тогда спокойно ответил: «Ну, сама выбрала». Теперь она поняла, что именно. — Куда мне идти? — К соседке своей. Ты же ей всё время помогаешь. Вот пусть и отблагодарит. Он начал снимать со стены фотографии. Одну уронил. Под стеклом была молодая Мария Павловна среди школьников — её первый выпуск. — Хлам этот покупатели не возьмут. Она присела собрать осколки. Сын шагнул через неё, вынес на крыльцо стул. — Посиди пока здесь. И при людях не устраивай. Когда у ворот остановилась машина, Мария Павловна всё ещё держала разбитую рамку. У рукава тянулась нитка: зацепилась кофтой за гвоздь и даже не заметила. Из машины вышел мужчина с папкой. Сергей поспешил к нему: — Вот, мама уже собрана. У неё всё согласовано. Мужчина посмотрел на сумку у калитки. Потом на женщину с фотографией в руках. Он перестал слушать Сергея. Подошёл к крыльцу, присел перед Марией Павловной. — Посмотрите на меня, пожалуйста. И тут случилось такое… 😱