Глава 17.
Глава 17. Хотя дверь в комнату, где разговаривали Сергей и Нина, была закрыта, но Женька всё равно слышала их разговор. Проводив Лялю, они с отцом отправились в кино, потом еще раз поели мороженого в детском кафе, и только к вечеру явились домой, прихватив в кулинарии торт к чаю для всех домашних. Когда они, весёлые и довольные, заявились домой, но по лицам домашних сразу стало понятно – грядёт ненастье… Нина была мрачнее тучи, а Саша и Оксана притихшие сидели в своей комнате. Женька, так счастливо проведшая этот день, который она так долго ждала, сразу ощутила всю злость, с которой на неё посмотрел Саша. - Ты мог бы и моих с собой в кино взять! Или что, как твоя дочь приехала, они для тебя существовать перестали?! - громко говорила Нина Сергею. - Нин, ну что ты такое говоришь! Просто я Женьку так давно не видел, подумал, что ничего плохого не будет в том, если мы хоть один день проведем вдвоём. Скоро у меня выходной – я всех троих планировал в цирк сводить. - Сашка с Ксюшей весь день сегодня дома просидели, вас ждали. Ведь они же дети, разве так сложно понять, что и они хотят того же, что и твоя дочь! Нельзя делить детей! Голос Нины звучал всё громче, и непривыкшая к такому Женька вжималась в раскладушку, которую поставили в комнате специально для неё. Хотя она и думала, что папа всё правильно говорит, и они даже по дороге купили билеты в цирк на воскресное представление, но всё равно отчего-то чувствовала себя такой виноватой. Ксюша сидела за столом у окна и рисовала карандашами, привезёнными ей в подарок Лялей, и не смотрела на Женьку. А Саша вдруг поднялся со стула, подошел к Женьке и склонившись к самому её уху прошептал: - Пока тебя здесь не было, они никогда не ругались! Всё из-за тебя, ты всё испортила! Зачем ты приехала, сидела бы в своей деревне… Женька вспыхнула, и слёзы градом покатились у неё из глаз: - Саша, я же ничего плохого не хотела, зачем ты так? Я ведь так долго отца не видела, мы совсем немного погуляли… Но Саша и не слушал её, он сел рядом с сестрой и стал смотреть в окно. Дверь в комнату отворилась и вошла Нина, глянув на насупленного сына и на плачущую Женьку, сказала, как ни в чём не бывало: - Ну что, пойдёмте чай пить с тортиком! Женька быстро вытерла слезы, в надежде, что взрослые сейчас всё выяснили, и жизнь снова наладится, а недопонимания между ней и Сашей пройдут. Она пила чай, ела торт и улыбалась, хотя всё вдруг показалось ей безвкусным, но она так боялась «всё испортить»… Ледяной страх сковал её душу, что вот сейчас, после чая, отец уйдёт на ночную смену, а она останется одна в чужом и недружелюбном доме. - Женька, ты чего загрустила? – спросил отец, когда Женька провожала его в прихожей, - Давай выше нос! - Да она просто устала, наверное, - обняла девочку за плечи вышедшая из кухни Нина, - Сейчас отдохнёт, а завтра мы на дачу поедем, чтобы ты выспался после смены без нас, дадим тебе отдохнуть. Правда, Жень? - Да, конечно! – Женя так обрадовалась и ласковому тону, и объятиям тёти Нины, что страх от ухода отца тут же притупился. «Мало ли как бывает, я ведь одна у бабушки с дедом живу, а в семье, где братья и сёстры, разное бывает, - думала Женька после ухода отца на работу, - И ссорятся, и мирятся… надо просто подойти к Саше и всё ему объяснить по-хорошему». Она закрыла книжку, с которой сидела на балконе, и направилась в комнату, где обитала теперь с Ксюшей и Сашей. Однако открыв дверь, она остолбенела от открывшейся ей картины – Ксюша сидела на полу в слезах, перед ней валялась её разбитая шкатулочка, в которой она хранила свои заколки и девчачьи украшения. Все вещи из шкатулки были разломаны и порваны…. На плачь дочки из кухни выскочила Нина, Женька испуганно прижалась к стене, не понимая, что вообще случилось. - Это она сделала! – вдруг зло сказал Саша и указал пальцем на перепуганную Женьку, - Я видел, это она сделала! - Женя, это правда? – Нина развернулась к девочке всем корпусом, и та сжалась в комочек, - Разве мы тебя чем-то обидели?! Мы приняли тебя в своём доме, как родную, а ты… Кс