Глава 48.
Глава 48. В начале августа Женька с отцом переехали в новый свой дом. Бывшая хозяйка распродала кое-какую мебель, что-то погрузила в контейнер, пожелала новым жильцам мира и добра, и отбыла на новое своё место жительства вместе с приехавшим за ней старшим сыном. Силами всей семьи сделали внутри дома небольшой ремонт и купили новую мебель. Сергей вместе с дочкой достали с чердака родительского дома коробки, куда были сложены вещи после их переезда из квартиры, где они жили до смерти Людмилы. Разбирая их, они вместе и грустили, и смеялись одновременно, вспоминая ушедшие времена. Казалось, всё это было так давно – они были обычной семьёй, счастливой тихим счастьем, не предполагая, какие испытания уготовила им судьба в будущем. Вот Женькины игрушки, из которых она давно выросла, но зато они теперь как раз пригодятся Егорке. А вот мамина коробочка с пуговицами и бусинами, Женька её отлично помнила – в детстве она любила перебирать ее содержимое. Теперь эта коробочка стала Женькиной. Как и мамина брошка в виде стеклянного цветка, переливающегося всеми цветами радуги, и медовые янтарные бусы… И мамины книги, её блокнот с записанными ровным почерком рецептами и полезными советами. Сергей погладил рукой обложку бордового фотоальбома и вздохнул. Женька чутко уловила его боль. - Пап, вот здесь вы с мамой такие красивые, а я лысый пупс, как сейчас Егорка… У меня есть школьное фото, нас в классе фотографировали, надо его тоже сюда приклеить. - А нам с тобой тоже нужно сфотографироваться! – сказал Сергей, - А то не заполняется семейный альбом, непорядок! Давай, как у меня будет снова выходной, поедем в город. В фотоателье сходим, да и к школе тебе пора уже всё покупать, скоро осень! Заботы по обустройству на новом месте захватили и Сергея, и Женьку, отодвинулись на задний план недавние события, горечь прожитых порознь дней. Исчез невидимый барьер, который после приезда Сергея тонкой чертой разделял их. Из открытых, украшенных дивными узорами окошек доносился смех, стук молотка или радио-музыка из старенького дедова приёмника. Судьба, казалось, сжалилась над новыми обитателями дома и подарила глоток счастья. Ранним субботним утром Сергей вернулся домой, еще затемно он ходил к родителям, помогал отправлять вещи Ляли и Егорки обратно в город – самих маму и малыша еще накануне увёз домой вернувшийся из столицы счастливый Вадим. А вещи отправляли нанятой для этого машиной. - Доброе утро, сосед. Это откуда ты так рано возвращаешься, с ночной смены что ли? Возле резного заборчика стояла женщина со свертком в руках. В ней Сергей узнал Киру Вилкову, младшую сестру работающей на коммутаторе Клавдии Коневой. Кира была разведена, бывший муж её, Глеб, как-то уехал в город на повышение квалификации, да там и остался, встретив новую любовь. Детей у пары не было, поэтому развод был тихим и быстрым. Глеб собрал пожитки и отбыл в город навстречу новому счастью, а Кира осталась жить в небольшом домике, который был чуть ниже по улице от дома, купленного Сергеем. - Здравствуй, Кира. Нет, не с работы иду, к родителям ходил, - немного неприветливо ответил Сергей, хотя сам этого не хотел – так уж получилось, что говорить с женщиной ему не хотелось. Сергей открыл было калитку, и уже вошел во двор, но Кира протянула ему что-то завернутое в чистое льняное полотенце: - Серёж, я тут вам с дочкой пирожков испекла, возьми… по-соседски, по-дружески… Что один мужик, да с дитём, есть ли время пироги-то печь, а домашнего, наверное, ведь хочется… - Спасибо, не надо, - отрезал Сергей таким тоном, что Кира невольно отступила назад, - Мы с дочкой не голодаем! И пироги я сам печь умею, мать научила, за что ей спасибо! - Да что ты… я ведь не имела в виду… - смущенно проговорила Кира, - Понятно, что не голодаете! Девочка у тебя смышлёная не по годам, молодец. Да и сам ты… Я ведь просто угостить… по-соседски. - Спасибо за заботу, - холодно сказал Сергей, - Не нужно! - Куда ж мне их теперь… - сказала совершенно растерянная женщина. - Сама съешь! – ответил Сергей и поспешно скрылся в