СЕРИЯ 9
СЕРИЯ 9 Варя согласилась встретиться с отцом только после того, как Людмила пообещала: никто не будет заставлять её мириться. Андрей забрал дочь после школы и предложил зайти в кафе. Варя выбрала столик возле стены, сняла куртку и сразу предупредила: — Я не хочу, чтобы ты рассказывал, как тебе было тяжело. Мне пока всё равно. Андрей кивнул. — Хорошо. Тогда я просто отвечу на вопросы. Она долго вертела трубочку в стакане. — Ты радовался, когда я родилась? Он удивился. — Конечно. Я был счастлив. — А Полина тогда уже была. — Ей было почти три года. — Ты ездил к ней в тот год? Андрей вспомнил. — Дважды. Варя сжала губы. — Получается, ты держал меня маленькую на руках, а потом ехал к другой дочери и делал вид, что так нормально. — Я не делал вид, что нормально. Я каждый раз понимал, что поступаю неправильно. — Тогда почему не сказал? Ответ он уже давал жене, сыну и самому себе. Трусость. Страх потерять семью. Убеждение, что чем дольше молчишь, тем опаснее признаться. Варя слушала молча. Потом спросила: — А ты любишь Полину так же, как нас? Вот на этот вопрос Андрей ответил не сразу. — Я люблю её. Но не могу сказать, что одинаково. С вами я прожил каждый день. Я помню, как ты первый раз пошла, как Кирилл разбил голову на даче, как вы болели, поступали в школу. С Полиной у меня украдены все эти обычные вещи. И виноват в этом в том числе я. Варя впервые посмотрела прямо. — Она думает, ты выбрал нас, потому что мы лучше. — Нет. Никто не лучше. Тогда я выбрал сохранить брак с вашей мамой, потому что любил её и хотел вернуться домой. А потом сделал очень плохой выбор — решил, что можно быть отцом Полине где-то отдельно и всю жизнь об этом молчать. Дочь долго молчала. — Я пока не хочу, чтобы ты возвращался домой. — Я не собираюсь просить тебя об этом. Это решать маме. — И не дари мне ничего. Ты всегда, когда виноват, покупаешь подарки. Андрей чуть улыбнулся. — Справедливо. Домой Варя вернулась спокойнее. Людмила не расспрашивала. Дочь сама рассказала вечером. — Я всё ещё злюсь. Но мне кажется, папа хотя бы понимает почему. Для Людмилы это оказалось важнее, чем она ожидала. А через несколько дней позвонили из опеки. Поскольку отец Полины официально был указан в документах, им нужно было уточнить, где несовершеннолетняя живёт и кто фактически за неё отвечает. Телефон взяла Людмила. И неожиданно для себя сказала: — Сейчас Полина живёт у нас. Ей здесь безопасно, и до совершеннолетия она может оставаться столько, сколько понадобится. После разговора она несколько минут смотрела на трубку. Получалось, что дочь мужа уже не просто временно ночует в комнате Кирилла. Людмила сама только что признала её частью своей семьи.