Серия 2
Серия 2 Алёна не уехала домой вместе со всеми. Дождалась, когда мать уберёт со стола лекарства, а Сергей Петрович устроится в кресле, и снова открыла ноутбук. Денис остался у окна с чашкой давно остывшего чая, явно понимая, что разговор не закончился. — Я хочу услышать не семейную формулировку «папа так решил», а рабочую. Денис становится генеральным на какой срок, какие у него полномочия и когда вы собирались обсуждать это со мной как с владельцем четверти компании? Сергей Петрович нахмурился. — Не превращай дом в совет директоров. Я после больницы три дня как вышел. — Именно поэтому странно, что сил выбрать директора хватило, а поговорить со мной — нет. По уставу у тебя пятьдесят процентов, у мамы двадцать пять, у меня двадцать пять. Вы уже провели собрание без меня? Нина Викторовна, стоявшая возле двери, тяжело вздохнула. — Алёна, мы ничего ещё не оформляли. Папа предложил, я согласилась. Во вторник соберёмся официально. — То есть результат голосования уже известен. Ваши семьдесят пять процентов против моих двадцати пяти. Денис поставил чашку на стол. — Алён, давай не делать вид, что меня привезли из леса и посадили в кресло. Я десять лет работаю в маркетинге, последние три года руководил отделом. Людей, бюджеты и проекты я видел не только на картинках. — Производство видел? Три смены видел? Поставщика, который утром обещает муку, а к обеду отключает телефон? Санитарную проверку? Пятьдесят сотрудников, половина из которых уверена, что семейный бизнес означает возможность прийти к хозяину напрямую через голову руководителя? — Нет. Поэтому буду разбираться. Алёна повернулась к отцу. — Почему не я? Сергей Петрович ответил без колебаний: — Потому что ты и так держишь операционку. Ты умеешь сохранять то, что есть. А нам нужно развиваться. Три точки, один и тот же ассортимент, нормальной доставки нет, единого бренда нет, сайт стыдно показать. Денис умеет двигать продукт. — Значит, я восемь лет была достаточно хороша, чтобы строить бизнес, но недостаточно хороша, чтобы им руководить? — Не передёргивай. Я говорю про разные компетенции. — Очень удобно называть это компетенциями именно в тот момент, когда кресло генерального достаётся сыну. Сергей Петрович ударил ладонью по подлокотнику и тут же поморщился от боли в груди. — Только не начинай про сына и дочь. Я тебя никогда не отодвигал. У тебя доля, должность, зарплата выше всех руководителей. — А решение о будущем компании ты принял с Денисом. Повисла тяжёлая пауза. Денис первым заговорил спокойнее: — Если ты считаешь, что я не должен соглашаться, скажи прямо. Я не хочу входить сюда как человек, который что-то у тебя украл. Алёна посмотрела на него. — Я считаю, что решение должен был обсуждать не только папа. С тобой, со мной и с мамой. Но раз всё уже решено, я хочу понимать другое: что будет, если я не соглашусь работать под твоим руководством? Сергей Петрович ответил быстрее сына: — Тогда можешь уйти как сотрудник. Доля у тебя останется. Только прежде чем писать заявление, подумай: ты бросаешь не меня и не Дениса. Ты бросаешь то, что сама восемь лет строила. Алёна поднялась. — Великолепно устроено. Когда выбирается руководитель, бизнес твой. Когда мне предлагают уйти — уже мой. Во вторник собрание участников действительно состоялось. Нина Викторовна проголосовала вместе с мужем, и Денис официально стал генеральным директором. В среду он приехал в центральную пекарню к семи тридцати и впервые открыл дверь кабинета, который ещё неделю назад принадлежал их отцу. 📚 Все мои каналы с историями — здесь