Часть 4: — 3 мая 2026 г. в 04:14:47.609
Часть 4: Вот продолжение. --- Две недели спустя тётя Зина стала главным стратегическим ресурсом компании. Неофициально, конечно. Официально она всё ещё числилась уборщицей с окладом, который не менялся со времён, когда принтер Вельзевул был молодым и печатал без замятий. Но реальность офисной жизни диктовала иное: к тёте Зине выстроилась очередь на консультации. Первыми, как водится, подсуетились маркетологи. Костя выбил у генерального разрешение «оптимизировать рабочие места в соответствии с принципами гармонизации» и приставил к тёте Зине стажёрку Алину с заданием «фиксировать инсайты». Алина ходила за тётей Зиной с блокнотом, как за нобелевским лауреатом, и записывала каждое слово. К концу первого дня в блокноте значилось: «Не ставь кактус у монитора — будет колоть ауру», «Ковролин цвета грязи — к застою в доходах, лучше серый», и «Если шкаф скрипит, его надо либо смазать, либо простить». Отдел продаж, прослышав про «перестановку шкафа» генерального и внезапную скидку от поставщиков, заволновался. Их глава, Виктор Сергеевич, человек с голосом сирены и манерами аукциониста, лично спустился на первый этаж, где тётя Зина заправляла тележку с моющими средствами. Он встал в позу и начал издалека: — Зинаида… э-э-э… как вас по батюшке? — Можно без батюшки, — отозвалась тётя Зина, не оборачиваясь. — Я всё равно на него не отзываюсь. Чего хотели? Виктор Сергеевич изложил суть: продажи упали, клиенты вялые, лиды холодные, надо что-то с энергией. Тётя Зина выслушала, отжала тряпку и сказала: — А вы двери входные давно мыли? — Что, простите? — Двери. Через них деньги в дом заходят. Если двери грязные, в разводах, с отпечатками пальцев — деньги споткнутся и уйдут к конкурентам. У вас там, между прочим, пятно от дождя ещё с марта висит. Я приглядываюсь, думаю — сами помоете. Не моете. Виктор Сергеевич побагровел, но спорить не рискнул. В тот же вечер два стажёра из продаж тёрли входные двери до зеркального блеска. На следующий день позвонил клиент, которого менеджеры «вели» полгода, и согласился на сделку. Совпадение? Тётя Зина только хмыкнула, когда ей доложили. — Скоро табличку повесят, — проворчал я, наблюдая за этой вакханалией. — «Зинаида. Приём по вопросам судьбы и мытья окон». — Уже повесили, — мрачно отозвался Вася. Он сидел на подоконнике в серверной и нервно крутил в руках карабин от патч-корда. — В бухгалтерии. На двери висит стикер: «Уборка с сакральным смыслом. Запись у Кости». И тут грянул юротдел. Юристы — люди специфические. Они не верят ни в бога, ни в чёрта, ни в энергию цвета, но свято чтут корпоративные регламенты и трудовой кодекс. Когда до них дошла информация, что некая сотрудница технического персонала «оказывает консультационные услуги без лицензии, используя служебное помещение и инвентарь», они восприняли это как личное оскорбление. Глава юротдела, Алевтина Борисовна, дама с причёской, напоминающей бастион, направила генеральному служебную записку на трёх страницах. Суть записки сводилась к следующему: если тётя Зина продолжит «де-факто осуществлять деятельность по коррекции энергетических потоков», компания рискует попасть под проверку по целому списку нарушений — от отсутствия образовательной лицензии до несоблюдения пожарной безопасности при использовании ароматических масел (кто-то из маркетологов, как выяснилось, жёг в офисе палочки сандала). Генеральный вызвал тётю Зину на ковёр. Я случайно оказался в приёмной, когда она выходила. Вид у неё был спокойный, как у человека, который только что вымыл пол в эпицентре урагана и знает, что через час снова натопчут. — Ну что? — спросил я. — Сказали, чтоб без дипломов не шаманила, — усмехнулась она. — А я им говорю: «Я шаманю с дипломом. У меня корочка штукатура-маляра государственного образца. А то, что вы тут развели, — это не магия, это элементарная гигиена труда». Они задумались.