демобилизации в октябре 1945 года Лев Иванов был приглашён во вновь организованный Русс...
демобилизации в октябре 1945 года Лев Иванов был приглашён во вновь организованный Русский драматический театр в Вильнюсе, куда отправился вместе с супругой Марией Гермаевой. Параллельно Иванов прощупывал почву относительно возвращения в Камерный театр. Сохранились письма к нему Николая Чаплыгина, в которых тот уведомлял, что Александр Таиров готов взять его и Гермаеву обратно в труппу. Но пока длились переговоры, их положение в Вильнюсе укрепилось, и они не стали рисковать достигнутыми успехами. И, как показала история, не прогадали. Камерный театр в 1949 году был закрыт, его артисты разбрелись по разным театрам. Иванов и Гермаева же очень успешно играли на сцене Вильнюсского театра. Лев Васильевич фактически вёл на себе репертуар, показав себя в разных амплуа – от социального героя до героя-любовника. Мария Фёдоровна славилась прекрасными характерными ролями, умела находить смешное и эксцентричное в каждом образе. За шестнадцать лет Львом Ивановым было сыграно около трёх десятков ролей. Среди них: Незнамов в «Без вины виноватых» А.Н. Островского, Кавалер Риппофрата в «Хозяйке гостиницы» К. Гольдони, Гарри Смит в «Русском вопросе» К.М. Симонова, полковник Кузьмин в «Губернаторе провинции» Бр. Тур, Жадов в «Доходном месте» А.Н. Островского, Мануэль в «Даме-невидимке» П. Кальдерона, Швандя в «Любови Яровой» К.А. Тренёва, Теодоро в «Собаке на сене» Л. де Вега, Отелло в «Отелло» В. Шекспира, Овод в «Оводе» по Э.Л. Войнич, Черкун в «Варварах» М. Горького, Лаврецкий в «Дворянском гнезде» по И.С. Тургеневу, Эзоп в «Лисе и винограде» Г. Фигейредо и многие другие. В 1960 году за исполнение роли Бахирева в спектакле «Битва в пути» по роману Г.Е. Николаевой Иванов был удостоен Государственной премии Литовской ССР. Также в период, когда в театре отсутствовал главный режиссёр (1953 год), Лев Васильевич исполнял его обязанности. Им были поставлены: «Дама-невидимка» П. Кальдерона, «Весна в Москве» В.М. Гусева и «Домовой» Э. Вильде. Также актёр занимался общественной деятельностью: избирался секретарём партбюро театра, членом пленума горкома, депутатом горсовета. Если творческая жизнь Льва Иванова складывалась с нарастающим успехом, то жизнь личная протекала довольно болезненно и проблематично. Уже в конце 1940-х гг. Мария Фёдоровна стала проявлять пристрастие к алкоголю, что со временем вылилось в серьёзную зависимость. К этому прибавилась скрытая шизофрения, которая сначала не была ярко выраженной. Пока Гермаева работала в театре, никто не замечал её недуга. Да и после, когда уже пара переехала в Москву, для всех окружающих, в том числе самых близких, у них всё всегда было хорошо. Лев Васильевич никого не впускал в свою частную жизнь, оставляя семейные проблемы за закрытой дверью. А беспокоиться, видимо, было о чём. Отсутствие детей из-за неудачного аборта, всё сильнее проявляющая странности супруга, за который теперь требовался постоянный надзор, омрачали счастливый ход жизни Иванова. Поэтому когда у него в Вильнюсе вспыхнул неожиданный роман с молодой и красивой женой известного музыканта, он не стал ему противиться. Их отношения продолжались несколько лет и закончились рождением ребёнка. Поскольку Алиса была замужней дамой, новорожденную девочку записал на себя её супруг. Позднее их семья вместе с дочерью эмигрировала в Израиль, но на этом её общение с Ивановым не оборвалось. Они переписывались. Последнее письмо от неё пришло уже после смерти Льва Васильевича – в него была вложена фотография красивой молодой женщины с двумя сыновьями. Это были внуки Льва Иванова. Мария Гермаева о его романе знала, но никогда публично на данную тему не высказывалась. Весной 1961 года Льву Васильевичу поступило заманчивое предложение перейти в труппу Московского художественного театра. Думаю, он прекрасно осознавал все подводные камни данного шага, но, всё же, решился оставить Вильнюсский театр и фактически уехать в неизвестность. Перспектива работы в столице, да ещё на сцене первого театра страны была