6 июня 1799 года — день, когда родился Пушкин — 6 июня 2026 г. в 09:19:45.372
6 июня 1799 года — день, когда родился Пушкин Ровно 227 лет назад, 6 июня 1799 года, в Москве, в Немецкой слободе, у майора в отставке Сергея Львовича Пушкина и его жены Надежды Осиповны родился сын. Назвали Александром. В метрической книге Елоховской церкви появилась скромная запись. Никто тогда — ни родственники, ни соседи — не предполагали, что этот кудрявый смуглый мальчик станет тем, кого через пару десятилетий назовут «солнцем русской поэзии». Детство Саши Пушкина было типичным для московского барчука той поры. Французские гувернёры, домашнее обучение, огромная библиотека отца (собрание французских философов XVIII века — Вольтер, Дидро, Руссо — будущий поэт проглотил чуть ли не в девять лет). Никаких ранних признаков гениальности, кроме одной странности: мальчик был не по годам молчалив и часами мог слушать, как говорят взрослые. Позже это выльется в поразительный слух к живой речи — именно благодаря ему Пушкин станет первым, кто впустит в высокую поэзию простонародное русское слово. Лицей. Царское Село. 1811 год. Двенадцать лет. Тщедушный, вертлявый, с африканскими чертами лица (сказалась кровь прадеда — «арапа Петра Великого» Ганнибала). Товарищи дразнили его «французом» и «обезьяной». Он огрызался, писал эпиграммы на учителей, был первым в поэтических шалостях и одним из последних в поведении. Но когда на лицейском экзамене в 1815 году старик Державин, задремавший было в кресле, внезапно встрепенулся и воскликнул: «Я не умер!» — всем стало ясно: это не просто шалун из хорошей семьи. Дальше — Петербург, южная ссылка, Михайловское, Болдино. За свою короткую жизнь (37 лет — невероятно мало для того объёма, что он успел) Пушкин перевернул русскую словесность. До него литература была подражательной — французские формы, русское содержание. После Пушкина появился язык, на котором мы говорим до сих пор. Не «штиль», не «высокое штиль», а живая, точная, дышащая речь. Его убили на дуэли. Пуля Дантеса перебила шейку бедра и застряла в животе. Два дня врачи не могли ничего сделать — медицина тогда была бессильна. Последние слова поэта, обращённые к стоявшим у постели книгам: «Прощайте, друзья». Он ушёл, но оставил нам всё. И когда мы сегодня перечитываем «Евгения Онегина» или просто бросаем в разговоре «не мудрствуя лукаво» или «чем меньше женщину мы любим» — мы разговариваем его словами. И сами того не замечая, кланяемся тому самому кудрявому мальчику из Немецкой слободы.