Только приехал, сели, выпили.
Только приехал, сели, выпили. Погода шепчет, давление в предеделах, люди в целом знакомые, а рядом сидят – свои. Я головой ещё на работе, перевариваю бред по типу того, что Буханов (был такой человек), который завещал написать на своей могиле: «Русский поэт». Никто его не знает и не будет знать. Более того, на белом глазу умная в принципе женщина говорила про то, что Буханов написал о журавлях задолго до Гамзатова, что бред сам по себе. Там ещё к переводу вопросы есть. А я об этом почему-то думал. Так вот, спорили мы с Олегом Анатольевичем о литературе. Леся, Стельмах, возможно, были и другие имена. Я ещё говорил, мол, Анатолич, не было и нет украинской литературы. Кричал просто. Олег Анатольевич приводил примеры, а я орал. Не обижайся. Зашёл в библиотеку, на полках: Стельмах и Украинка. Советская литература. Прости меня за то, что никто никогда не узнает эту литературу. И не прочитает. Правда, прости. И не держи зла.