Труд больше не дешев: почему дефицит кадров — это лучшее, что случалось с нашей промышл... — 30 июня 2026 г. в 08:10:02.318
Труд больше не дешев: почему дефицит кадров — это лучшее, что случалось с нашей промышленностью Профессор кафедры управления персоналом и психологии Финансового университета при Правительстве РФ Александр Сафонов в авторской колонке специально для «Суверенной экономики»: Долгое время в российской экономике действовало негласное, но железобетонное правило: зачем покупать дорогого промышленного робота, который будет окупаться 10 лет, если можно нанять десяток разнорабочих на копеечную зарплату? Эта тяга к экстенсивному росту и модели «дешевых рук» годами консервировала наше технологическое развитие. Сегодня эта эпоха официально «все». Дефицит кадров, о котором трубят из каждого утюга, — это не просто временный демографический провал, а жесткий системный кризис старой экономической модели. «Дешевые люди» на рынке физически закончились. Бизнес оказался в тисках: зарплатная гонка вымывает оборотные средства, а производительность труда при этом не растет такими же темпами. Точечные KPI и удержание персонала больше не работают — пришло время менять саму философию производства. Давайте сопоставим сухие цифры. Сегодня средняя номинальная зарплата в российском производстве уверенно пробила планку в ₽100 тыс — ₽120 тыс в месяц. С учетом всех налогов и страховых взносов реальные затраты работодателя на одно рабочее место составляют около ₽150 тыс в месяц (или ₽1,8 млн в год). В то же время базовый промышленный робот-манипулятор сегодня стоит на рынке от ₽1,5 до ₽5 млн. Готовый роботизированный комплекс «под ключ» обойдется в ₽8–₽12 млн. Робот заменяет человека сразу в 2–3 смены. Ему не нужны отпуска, больничные и декреты. Он не уволится к конкурентам за прибавку в ₽5 тыс. Как итог, полноценный робототехнический комплекс ценой в ₽9 млн полностью окупает себя всего за 2–2,5 года работы в двухсменном режиме. Раньше на это уходило 7–9 лет. Роботизация из имиджевой «игрушки» превратилась в жесткое условие выживания и сохранения объемов выпуска. Те, у кого были свободные средства, не стали ждать у моря погоды и уже вовсю меняют людей на машины. В автопроме роботизируют целые технологические цепочки — от сварки кабин до штамповки. Один оператор теперь управляет группой роботов, что позволило закрыть острейший дефицит сварщиков. Крупные агрохолдинги переводят свои заводы на полностью автоматический режим. Маркетплейсы внедряют на своих объектах складских роботов-комплектовщиков (AGV), которые сами перемещают стеллажи к сборщикам. Комбайны с системой автономного управления Cognitive Pilot уже убирают миллионы тонн урожая по всей стране. ИИ управляет техникой точнее человека, исключая простои из-за нехватки механизаторов в сезон. Что мешает остальным нажать на газ? Средний бизнес зажат макроэкономическими клещами. Главный тормоз — экстремально высокая ключевая ставка ЦБ. Коммерческий кредит на модернизацию под такие проценты — это финансовое самоубийство. Компании вынуждены тратить миллиарды на раздувание ФОТ для удержания людей, и у них банально не остается инвестиционного ресурса (CapEx) на покупку сложного оборудования. Старая модель умерла, а переход на новую заблокирован дороговизной капитала. В рамках нацпроекта «Средства производства и автоматизация» правила игры нужно менять кардинально: субсидировать не процессы, а роботоместа. Государство должно софинансировать физическое замещение человеческого труда автоматами: Давать прямые субсидии и льготный лизинг на робототехнику среднему бизнесу; Ввести радикальный налоговый вычет. Полностью освобождать от налогов ту часть прибыли, которую предприятие инвестирует в жесткую автоматизацию линий, высвобождающую людей; Реформировать Трудовой кодекс. Упростить для бизнеса процедуры легального высвобождения персонала при одновременной модернизации рабочих мест. Выход из кадрового тупика только один: превратить Россию из трудоемкой экономики в капиталоемкую и технологичную. #АвторскаяКолонка