СЕРИЯ 3. МЕЖДУ ДВУМЯ МИНУТАМИ
СЕРИЯ 3. МЕЖДУ ДВУМЯ МИНУТАМИ На встрече присутствовали директор, классный руководитель Саши, Анна Геннадьевна и сама Майя, которую утром привезли из больницы. Рука девочки была в гипсе, над правой бровью виднелась небольшая ссадина. Она казалась уставшей и почти не смотрела на Сашу. Елена ожидала обвинений, слёз или хотя бы злости, но Майя вела себя странно: отвечала коротко, не спорила и несколько раз повторила, что плохо помнит сам момент падения. Директор спросил прямо, видела ли она, как Саша её толкнула. Майя на несколько секунд задержала взгляд на девочке напротив и ответила, что всё произошло очень быстро: они были рядом, потом она потеряла равновесие и упала. — Но Александра сама призналась, — напомнила директор. Анна Геннадьевна резко повернулась к дочери. — Майя, если ты помнишь что-то другое, скажи сейчас. Не надо никого жалеть. Девочка сразу дёрнулась. — Я никого не жалею. Можно мы просто закончим? Елена увидела, как у матери Майи напряглось лицо. Не возмущение — страх. Совсем такой же, какой она уже два дня замечала у собственных детей. После разговора Анна Геннадьевна догнала Елену возле гардероба. — Можно вас на минуту? Они отошли к окну. Женщина долго застёгивала сумку, хотя та уже была закрыта. — Я вчера была очень резкой. Простите. Когда позвонили из школы, я испугалась. Но сейчас… я не хочу раздувать эту историю сильнее, чем нужно. Елена не поверила ушам. — Ваша дочь получила перелом. — Я знаю. Школа разберётся. Главное, что всё обошлось. — Вчера вы собирались добиваться наказания, а сегодня просите остановиться. Почему? Анна Геннадьевна подняла взгляд. — Потому что наши дети иногда делают глупости. Чем больше взрослых вмешивается, тем хуже потом всем. Фраза была почти той же, что говорила Саша. По дороге домой Елена решила не давить на дочь. Вместо этого заехала в магазин, купила Артёму любимые булочки с корицей и вечером постучала к нему. Мальчик сидел на полу возле кровати, собирая конструктор, который давно считался детским, но появлялся каждый раз, когда он нервничал. — Можно я просто посижу? Он пожал плечами. Елена села рядом и некоторое время молча перебирала детали. — Я сегодня узнала, что Саша была возле спортзала почти в тот момент, когда упала Майя. Получается, либо она умеет перемещаться сквозь стены, либо что-то не сходится. Артём уронил маленькое колесо. — Может, учительница время перепутала. — Может быть. Только Майя тоже не сказала, что видела, как Саша её толкнула. Мальчик начал слишком быстро собирать детали. — Мам, я не знаю ничего. Елена не стала ловить его на очевидной лжи. — Хорошо. Тогда скажу только одно. Если ты чего-то боишься, тебе не нужно сначала думать, выдержу ли я эту правду. Это моя работа — выдерживать. Артём наконец посмотрел на неё. — Ты и так всё время устаёшь. — Устаю. Но это не значит, что вы должны жить так, чтобы мне было комфортно. Лицо сына дрогнуло. В этот момент хлопнула входная дверь. Саша вернулась из магазина и через минуту появилась в комнате. Увидев мать рядом с Артёмом, сразу насторожилась. — Мам, ты обещала не давить. — Я ничего не спрашиваю. — Ты всегда так говоришь перед тем, как начать. Саша взяла брата за руку и потянула встать. Елена заметила на запястье Артёма тонкий красноватый след, словно недавно там сильно затягивали ремешок или хватали пальцами. — Откуда это? Мальчик мгновенно спрятал руку. Саша ответила за него: — На физкультуре ударился. Елена медленно поднялась с пола. Теперь перед ней были уже не двое детей, которые случайно что-то недоговаривают. Они давно прикрывали друг друга. И история на лестнице, похоже, была только последней из тех, о которых мать ничего не знала.