ГОРИЗОНТ ВЕЧНОСТИ — 9 мая 2026 г. в 03:14:05.301
ГОРИЗОНТ ВЕЧНОСТИ 1943 год. Бесконечная зима отчаянно сопротивлялась наступлению весны, огрызалась контратаками колючего ветра. Метр за метром взвод Егора настойчиво покорял ледяную высоту. На холоде его не до конца пролеченные раны немного ныли. Но их нытьё не останавливало неукротимое стремление — Егор любил жизнь, и потому спешил. Спешил закончить эту войну. Спешил победить, чтобы жить. Именно поэтому из госпиталя снова сбежал на фронт и сейчас среди первых карабкался к Победе. Егор не просто верил в Победу. Он был свидетелем множества побед: и больших, и малых, тяжёлых, кровавых, но окончательных и несомненных. И эту изрыгающую холодный свинец смертельную высоту они тоже несомненно возьмут. Несомненно. Вдруг рядом с Егором прогремел взрыв, и взметнувшаяся в небо стена стылой земли и снега подбросила его в воздух, а затем рухнула на него, погребая заживо. И мир для Егора исчез. Мгновенно. Будто выключили свет. Весь. Во всём мире. Разом. И осталась только непроглядная тьма и... звон... Вездесущий. Всепронизывающий. Монотонный. Идущий откуда-то то ли изнутри, то ли отовсюду, как будто на полную катушку запустили гигантский генератор частот. Звон и темнота. Плотная. Непроглядная. Густая. И больше ничего. Никаких других ощущений. Только монотонно звенящая тьма. И всё. И время будто замерло навеки. И будто не было его самого, Егора. И не было войны, и мира тоже не было, и её... Её тоже не было? Нет!!! Этого не может быть! Она, его любовь, должна быть!!! А если должна быть любовь, то и он должен быть, и мир тоже должен быть! Мир, который он спасёт, и в котором он найдёт её и признается... Признается в том, что он... в том, что... Ведь смысл жизни в этом — в признании Любви! И посреди звенящей тьмы Егор эпизод за эпизодом стал реанимировать реальность. Он не был любителем балета. Просто на работе выдали премию билетами. Так он оказался в партере академического театра. Но когда в свете софитов увидел её, то в пространство его аналитического ума впорхнуло одно неанализируемое чувство. Чувство, перевернувшее его понимание мира. Весь мир вдруг обрёл таинственную лёгкость, осмысленную динамику действия. Он словно обрёл душу. И даже имя у этой танцующей изящности звучало тонким переливом струн — Лира... Умом Егор понимал, что их слишком параллельные судьбы вряд ли пересекутся... Но сердцу же не прикажешь, не выпишешь постановление с печатью, так ведь? И во снах Егора, как и положено влюблённому, перемешалось всё. И под сибирским небом среди станков и научного оборудования исследовательского института порхало его невесомое счастье. Выросший в детдоме он не знал своей матери. Ею стала вскормившая и воспитавшая его страна. И когда началась война, то среди прочих объяснимых мотивов, что он идёт защищать, появился ещё один — необъяснимый. Он идёт защищать в том числе и светлое будущее этого непонятного для него вида изящного искусства, в котором танцует его любовь. Однако горизонт вечности на войне таков, что даже абсолютно параллельные линии судеб могут на нём пересекаться. Егор не знал, что его любовь, давно сменившая пуанты на кирзовые сапоги, уже спешила. Лира спешила на замену выбывшему по ранению санинструктору. И по прибытии в часть с борта полуторки сразу сиганула в бой. Но даже мешковатый ватник не смог скрыть магнетическую силу её грации. А Егор посреди звенящей тьмы ощутил холодную тяжесть и боль. — Боль это хорошо, — подумал он. — Значит ещё жив. Может, лежу где-то? Эй, Жизнь моя! А ну давай! Давай, Жизнь помогай! Ведь Ты же за тех, кто любит! Давай, Родная, поднимай меня! Воскрешай!!! Тем временем, чтобы немного отдышаться, Лира заползла в большую воронку и, прислонившись к её рыхлой стенке, почувствовала жизнь. Так уже бывало и не раз. Доверившись этому чувству, она стала неистово разгребать руками снежный завал.