Почему я бросил свою сеть по ремонту телефонов и причем здесь Онлифанс (видео-версия)
Почему я бросил свою сеть по ремонту телефонов и причем здесь Онлифанс (видео-версия) В день, когда я расписывался с женой, мне позвонили из сервиса. Местному бодибилдеру, звезде Онлифанс, не понравился ремонт. Он зашёл на точку и дал леща моему инженеру прямо при ребёнке. Полчаса я успокаивал одного и ругался с другим. Меня зовут Александр Родионов. С 2018 по 2023 год я открыл пять сервисов по ремонту телефонов в Курске, Туле и Москве и хотел построить глобальную компанию. Сейчас точки в Москве и Туле закрыты, а в Курске я отключил рекламу и сократил часть штата. Расскажу почему. С ремонта остаётся половина чека, а с месяца 15% Замена дисплея на Xiaomi Redmi 10C стоит клиенту 3000 ₽. Запчасть я покупаю за 945 ₽, мастер получает 25% от того, что осталось, это около 514 ₽. Сервису достаётся 1541 ₽, примерно половина чека. Если считать целый месяц, остаётся намного меньше. В октябре 2023 года три курские точки принесли 1,27 млн ₽ выручки. На запчасти ушло почти 29% этих денег, на зарплаты ещё 26%. 13% я заплатил подрядчику в Москве. Пайка и переклейка стекла нужны только в каждом пятом заказе, а для них пришлось бы покупать дорогое оборудование и держать опытного мастера. Поэтому такие телефоны я отправляю в Москву СДЭКом, хотя клиенты злятся, когда посылка задерживается. Ещё 9% ушло на аренду. В итоге за октябрь я заработал 193 тысячи, это 15% выручки. Прибыль приносит проходное место Обычно я тратил на рекламу от 50 000 ₽ в месяц. Заявка из Яндекс.Директа стоила 500 ₽, а до сервиса доходил каждый десятый, так что один клиент обходился в 5000 ₽. С замены дисплея сервису остаётся втрое меньше. Когда я отключил рекламу и сократил часть штата, прибыль почти не изменилась. Около 70% её приносит один островок в самом проходном месте торгового центра. Выходит, в этом бизнесе важнее всего стоять там, где ходят люди. Точка в Туле ушла в минус на 1,5 млн Тулу я открывал, когда у меня было 4 года опыта и три прибыльных сервиса в Курске. Отдельное помещение с ремонтом и вывеской обошлось в 625 тысяч. Финмодель популярной франшизы в нише обещает плюс с первого месяца, но моя точка первые полгода работала в минус и съела ещё около 800 тысяч. Через 6 месяцев она вышла в ноль. К этому времени я устал от этого бизнеса, поэтому принял потерю в 1,5 млн и закрыл точку. Цену назначает конкурент из подвала Я хотел, чтобы ремонт стоил минимум вдвое дороже запчасти. Но если конкурент в подвале за углом делает в два раза дешевле, приходится подстраиваться. В регионе почти невозможно объяснить клиенту, почему у нас на 200 ₽ дороже, даже если запчасть лучше и гарантия длиннее. Мы пробовали привлекать клиентов сервисом и запустили ночной ремонт. Если у человека сломался телефон, а до поезда остался час, мастер приезжал и чинил его на вокзале. Клиентам это нравилось, но мастеров ночные выезды выматывали. Когда мы ввели для клиентов доплату за ночной выезд, таких заказов осталось 2–3 в месяц. Все конфликты решает собственник Сотрудники подворовывают, и больше всего украл один мастер, 40 тысяч. Раз в год кто-то из клиентов подаёт на нас в суд. Все такие истории в итоге разбираю я сам. С прибылью 150–200 тысяч в месяц в Курске я чувствовал себя хозяином жизни, но в Москве этого мало. Когда на тебя работают 16 человек, рассчитываешь зарабатывать больше среднего айтишника. Поэтому 1,5 млн из накоплений я вложил в производство сувениров. Три сервиса в Курске продолжают работать. Смотреть на ВК Видео