Пассажиры до Красноярска хаотично столпились у гейта (или как требует руссификация ~ у ...
Пассажиры до Красноярска хаотично столпились у гейта (или как требует руссификация ~ у калитки) №8 аэропорта Толмачёво. Могли бы выстроится сардельками в шеренгу, но нет: столпились и ждали сигнала девушки за тумбой. Девушка ждала сигнала из рации. Кто~то невидимый в рации тоже чего~то ждал. Но все вместе дождались вот это. Включите моё видео на максимальную громкость и мысленно умножьте этот звук на двадцать, так как продукция Apple отказалась передать всю мощь полифонии улитки с видео. Игрушечную улитку с пашей цветомузыкой в утробе включила продавщица местной сувенирной лавки. О целеполагании её поступка мы с вами можем только гадать. Сомневаюсь, что этим можно завлечь душевноздоровых покупателей, поэтому мои версии: А) психологическая атака на конкурирующий салон сувениров через дорогу; Б) политический арт~протест против забоя скота в Новосибирской области; В) призыв тёмного князя из мира теней. Продавщицу улитка не смущала. Как известно, природа не терпит прямых линий, но идеально ровные, будто нарисованные Гогеном, брови женщины то заходили, то снова появлялись из-за ламбрекена идеально ровной чёлки. Продавщица цокала ноготками по экрану телефона, собирая алмазы по три в ряд. Шли годы. Улитка всё пела. Рация всё не приглашала на рейс. Пассажиры до Красноярска уже были согласны улететь хоть к тёмному князю, лишь бы не слышать ЭТО. Я не выдержал. «Девушка, вы мешаете этим звуком людям». Ровные брови уползли к креплению чёлки ко лбу. Видимо Роскомнадзор так сильно глушил мобильный интернет над Толмачёво, что продавщица выдала фразу «Я же включаю на территории магазинаааа». Я был позорно обезоружен ответом вне логики, эмпатии, представлении о звуковой гигиене и многомиллионном опыте взаимосуществования человеческих особей. Меня спасло от дальнейшего словесного пинг-понга шипение в рации и поток унёс вашего автора в самолёт. Уже стюардесса что~то вложила в рот, чтобы повторить предполётную инструкцию на английском. Уже замелькали внизу сиротливые поля Западно~Сибирской равнины. А в голове всё играла улитка, неся мелодию далеко за пределы сувенирного магазина и здравого смысла.