Послезавтра я должна была улететь.
Послезавтра я должна была улететь. Это путешествие было по-настоящему ценным. Сильным по энергии, цельным, важным для меня. И я его отменила. Не потому что оно перестало быть ценным. А потому что заметила, какой разговор веду сама с собой. Сначала я искала причину. Объяснений было много, и каждое звучало убедительно. За три недели восемь длинных перелётов. Может, это тело просит остановиться? Я сейчас вся в «КВАНТЕ», в «Месте силы», готовлю InVерсию. Глубоко в профайлинге. Сдаю экзамены по гипнозу. Устала. Логично же. Но я знаю себя. Усталость меня никогда не останавливала. Количество дел тоже. Бывало, что сил почти нет, а внутреннее «да» такое ясное, что вопроса «ехать или нет за тысячи километров » даже не возникает. Есть ли у меня энергия на что-то, решает не логика. Это решает состояние. А здесь вопрос возник. И я всё время к нему возвращалась. У меня есть один очень простой инструмент, который в такие моменты меня спасает: Я себя уговариваю или отговариваю? Не «что разумнее». Не «что выгоднее». А что я делаю с собой, пока об этом думаю. Можно отговаривать себя от того, чего очень хочется. Пугать сложностями, откладывать, объяснять, почему сейчас не время. И под всеми этими словами всё равно чувствовать живое желание. А можно наоборот: уговаривать себя захотеть. Напоминать, как это ценно. Как давно собиралась. Сколько уже вложено. Приводить аргумент за аргументом в разговоре, где согласие так и не появляется. Я себя уговаривала. И вот что для меня важно. Ценность возможности и желание выбрать её сейчас — не одно и то же. Можно видеть, что что-то прекрасно, и всё равно туда не идти. Не нужно делать возможность плохой, чтобы разрешить себе от неё отказаться. Если аргументов «за» становится всё больше, а внутри ничего не меняется, это и есть ответ. Я живу в нелинейной реальности. Там не всё сходится логически. И если я правда на неё опираюсь, я не могу слушать своё состояние только тогда, когда оно совпадает с планом. Поэтому ближайшие дни я дома. С подготовкой к InVерсии, которая меня по-настоящему включает. И с таким спокойствием внутри, какого не было все дни, пока я себя уговаривала. За отмену я заплачу деньгами. И мне не нужно делать вид, что это ничего не стоит, чтобы чувствовать: решение моё. Мы всегда платим за свои решения. Об этом я говорила на первой встрече в «КВАНТЕ». У решения остаться есть цена. У решения полететь она тоже была бы, просто её не выставили бы отдельным счётом. Её пришлось бы платить вниманием, силами, днями, прожитыми без внутреннего согласия. Мне не нужно доказывать себе, что я всё ещё могу полететь. Я знаю, что могу. В этот раз я выбираю остаться. И принимаю стоимость своего выбора.