В САНАТОРИИ — 7 июля 2026 г. в 02:25:03.598
В САНАТОРИИ В санатории Николай с Михаилом время решили не терять. На стене висели два объявления. Их не стали размещать на одном листе, поскольку до последнего пункта можно было не дочитать, обрадовавшись. А это важно. «Танцы» - значилось на одном. И сообщалось, что произойдут они в клубе в большом зале. «Танцы кому за 50», - было написано на втором. Эти должны были случиться в малом. Николаю и Михаилу было за 70. Это вызвало некие затруднения. Потом стало ясно – это явно за 50. Танцоров по непонятным причинам решили развести не только географически, но и демографически. Но дискриминационный характер мероприятия заключался в том, что к крылу здания, где был большой зал, скорой было не подъехать. А случаи были. В прошлом году один под Тейлор Свифт пошел вприсядку. Несли в том виде, в котором заклинило, до самой машины. Распрямляли всей бригадой. В организме ни одного сустава со смазкой. Стоял такой хруст, что белки на сутки покинули лес. Николай с Михаилом направились, естественно, в большой зал. «Есть еще порох в пороховницах», - так мотивировал данное решение Николай. «Пороха-то много, - согласился Михаил. – Да пороховницу не всегда нащупаешь…». Такие диалоги показывают, кто в компании заводила, а кто трус и размазня. На сцене прыгала молодая женщина. Из одежды на ней был только микрофон. Она пела и приседала. По залу метались лучи как при воздушном налете. Грохотали зенитными орудиями барабаны. Слуховой аппарат Николая заклинило. Всех проходящих он спрашивал: «Что говоришь?». Зал извивался. Где-то в середине песни одетая в микрофон женщина разбежалась и прыгнула в толпу как в бассейн. Группа кавказских мужчин её организованно поймала и тут ощупала на предмет возможных повреждений. Стала носить по залу. На лице певицы читалась неуверенность в том, что она правильно выбрала направление. Михаил такого курбета не ожидал и почувствовал себя недостаточно хорошо. С пола он сказал, что если бы такое в свое время выкинула Людмила Зыкина, её бы посадили. Николай его поднял за руку. Женщина на последнем куплете снова разбежалась и полетела в зал. Уже в другую сторону. Группа других мужчин ей поймала. Отпустили не сразу. Между двумя группами мужчин возникло недоразумение. Певица пообещала исправить ситуацию и прыгнула между ними. Мужчины во время её полета помирились и снова дружно поймали. Каждый хотел поймать как можно трогательнее. «Это была Маша Просекко»! – загремело в зале. Слуховой аппарат Николая зафонил и снова отключился. - Это сейчас у них так модно, - объяснил Николай. - Они прыгают и их ловят. Я что предлагаю. Пойти и поймать. Идея выглядела заманчивой. Но Михаил, рассасывая валидол, выразил сомнение. Во-первых, пока дойдут. Во-вторых, парастезию и остеохондроз никто не отменял. Лапочка прыгнет, а ты клешни не успеешь вытянуть. Потом ищи этот микрофон… Но если есть возможность поймать, надо ловить, согласен. Для того и приехали в санаторий. Что-то поймать обязательно нужно. Кое-как добрались до сцены. Песня закончилась. - Сейчас другая выйдет, - сообщил Николай. – Какая разница, кого... На сцену вышел мужчина в блестящем трико. Он что-то гугнивил и показывал пальцем то на себя, то в толпу. Танцующим это нравилось. Они подгугнивали. Включившийся слуховой аппарат Николая не помогал. Текст не улавливался. Состоял наполовину из слов «тебя» и «меня». Ловить было нечего. Михаил и Николай развернулись и пошли обратно. Костыли путались в чужих обнаженных ногах. Пауз в грохоте орудий не было. Одно замолкало, начинало бить второе. Мужчина с блестящем трико прыгнул в зал. Его поймали. Ловили в основном женщины. Стал улавливаться некий алгоритм. Вместе с ним пришло артериальное давление. Через пару минут Михаил стал цепляться за рукава окружающих. В конце концов, он повис на какой-то женщине. Николай с трудом отбил его костылем от толпы. Их вывели. Мелко семеня, направились к другому крылу здания.