У ворот завода на улице Клары Цеткин происходило следующее. Дед Мороз дрался с Санта-Кл... — 24 августа 2026 г. в 03:07:01.656
У ворот завода на улице Клары Цеткин происходило следующее. Дед Мороз дрался с Санта-Клаусом. Вата, клочья кумача и варежки расписные летели в разные стороны. Шитые бисером ленты змеями пронзали темное небо. Праздничный подбой тулупов перепуганными кошками разбегался по улицам. Пуговицы со свистом рвали морозный воздух. Один валенок гнало ветром до проспекта Карла Маркса. Он перескакивал через бордюры, гулко тревожил урны и пересекал улицы в неположенных местах. В воздухе угрожающе шумели посохи. Гудели трансформаторами рассекающие морозную ночь мешки. Момент их встречи с препятствием фиксировался многочисленным эхом. Оно металось меж домами и притягивало к окнам даже тех, кто не дождался боя Курантов. Фоном звучал мат. Причина драка стала известна утром. Дед Мороз предъявил Санте за шмот. И даже назвал своим именем того, кто ходит в тулупчике по пуп и красных штанишках. Особое внимание Дед Мороз уделил колпачку с кисточкой. В общем, прозвучавшее имя по своей этимологии было далеко от Санта-Клауса. Почувствовав скорое появление искры, алкоголь с двух сторон хлынул в эпицентр конфликта. Понимая, что аргументы заканчиваются, а Санта попался из разговорчивых, Дед Мороз выхватил из обесчещенного тулупа хлопушку и в упор опорожнил в противную сторону. Когда конфетти осыпалось с лица, Санта открыл глаза и произнес: - Не ожидал. И наклонился к мешку. Дальнейшее можно описать словами четырехлетнего свидетеля Вадика, прильнувшего лбом к оконному стеклу: - Мама, смотри, там два Деда Мороза друг друга ракетами убивают. Заряды китайского производства с выворачивающими внутренности грохотом и шипением пронзали темноту и втыкались в главные символы наступающего года. Один из снарядов застрял в вате, предохраняющей заднюю часть Деда Мороза от порывов ветра. Сбить его рукой мешал тот же тулуп. Дед Мороз резко крутил задом, призывая на помощь центробежную силу. Наконец, заряд вылетел из места попадания. Но на тулупе осталась зияющая белоснежными кальсонами рана. Охрана завода с интересом наблюдала за конфликтом и делала ставки. Но когда одна из ракет прошла над забором и скрылась на заводе, было решено принимать меры. Полицию решили пока не вызывать. Сами маленькими были. Дуэлисты были обезоружены и водворены в дежурное помещение. Согласно инструкции о ЧП был информирован директор. Он прибыл с майонезом в складках уха. Остолбенело рассматривал шеренгу дежуривших в праздник сотрудников. За его спиной лежали на скамейке амбассадоры двух главных праздников планеты. Понять, кто из них кто, не представлялось возможным. Они выглядели как два одинаковых, разорванных во всех направлениях и брошенных на скамейку польских флага. Получать информацию от них было невозможно. Исхождение от них перегара был настолько интенсивно и насыщенно, что сбивало частоты на рациях охранников. На рации одного из них вдруг заиграл Маяк с песней про старый клён. Но тут же песня прервалась и кто-то заговорил на вражеском языке. Директор от них отличался только тем, что мог смотреть. Из охраны условно трезвым был только начальник охраны. Вызывал сомнения даже заводской кот. Он был подозрителен. Трезвые коты в строй не встают. Директор посмотрел на кота задумчиво. Потом медленно вернул взгляд на строй. Глаза директора испытывали затруднения с фокусировкой. Это позволяло ему сохранять внутренний покой и не догадываться, что подчиненные перед ним невменяемы. Охрана сурово смотрела на директора. У них была та же проблема с бинокуляризацией. - Какие на данный момент проблемы? – контролируя губы, произнес директор. Существо вопроса требовало ответа из нескольких предложений. Это и было главной проблемой. Охранник последние полчаса разговаривал только пословицами, смысл которых не понимал. Начальник смены вообще прекратил говорить. Тщательно облизав сухие губы, начальник охраны решил взять ответственность на себя. - Мы полагаем… Слово "полагаем" пошатнуло директора. - Так… - сказал он, прикладывая к столу руку и создавая третью точку опоры.