Машина не заводилась. Сева стоял перед открытым капотом и задумчиво смотрел на двигател... — 4 июля 2026 г. в 17:00:03.169
Машина не заводилась. Сева стоял перед открытым капотом и задумчиво смотрел на двигатель. Он деловито постучал ладонью по аккумулятору и подёргал тянущиеся к нему упругие провода. «Ну, ёлы-палы, — с горечью подумал он. — Всё, на этом мои познания закончились. Чего я тут хотел увидеть, непонятно. Наверное, отъездила своё. Пора менять, но за какие шиши? Сегодня это нереально!» Сева закрыл машину и сел на потёртую скамейку у дома. Розу Львовну он увидел издалека. Она медленно шла по двору, волоча за собой клетчатую тележку, прорезиненные колёса которой застревали в выбоинах асфальта. — Подождите. Я сейчас помогу! — крикнул Сева и побежал навстречу. — Спасибо, мой дорогой, — тяжело выдохнула Роза Львовна, вытирая со лба пот скомканным мужским платком. — Пожалела денег на такси, так и пришлось расплачиваться здоровьем. Чуть сердце не выскочило! А переживаний сколько! Всю дорогу от автобуса до сейчас вспоминала, какое бельё надела. — Бельё? — удивился её откровениям Сева. Он забрал тележку и взял Розу Львовну под руку. — Да, Всеволод, бельё. Вы же знаете, как долго едет на вызов скорая. Хвати меня удар, и я бы всё это время валялась на асфальте с задранным подолом. Или вы хотите, чтобы мне там, на небесах, в тот момент было стыдно? — Не хочу, — улыбнулся Сева. — Вот видите! А ещё мне было интересно, кто бы в этом случае забрал мою прекрасную курицу, которую я пру с самого рынка. Надеюсь, попала бы таки в хорошие руки. Но слава богу, она осталась со мной. Сева довёл Розу Львовну до квартиры. — Простите, Всеволод, но я не смогу сейчас напоить вас чаем. Мне срочно нужно отдохнуть. А вы знаете, приходите-ка часикам к четырём. Я научу вас варить куриный бульон. — Ёлы-палы, так чего его варить? — снова удивился Сева. — Бросил кусок курицы, и пусть себе варится. — Ох, Всеволод, Всеволод! — покачала головой Роза Львовна. — Настоящий бульон — это вам не жук начихал на скатерть. Приходите, и сами всё поймёте. Ближе к четырём Сева прогулялся до ближайшего магазина, купил небольшую коробочку конфет «Рафаэлло» и отправился к соседке. — Боже ж мой, Всеволод, как романтично! — Роза Львовна прижала руки к груди. — Проходите в кухню. На разделочном столе лежала тушка курицы. Её вид вызывал безысходную тоску. Мертвецки серая кожа, осыпанная пупырышками, с редко торчащими остатками коротких перьев. Безжизненно синеватые крылья поверженно раскинуты в стороны. Покрытые жёлтыми чешуйками лапы с тонкими, уродливыми пальцами и острые блестящие коготки… Увидев Севино недоумение, Роза Львовна хмыкнула: — Всеволод, что вы смотрите на неё как на врага народа? Вы что, никогда не видели домашнюю куру? — Не видел. А что же она такая страшная? — Всеволод, вы мне опять напомнили старый одесский анекдот. Встречаются двое. Один говорит: «Яша, а что же это у вас жена такая страшная?» Так она изнутри прекрасная, отвечает Яша. Собеседник почесал затылок и спросил: «Так что же вы её наизнанку не вывернете?» Понятно? — Понятно, — улыбнулся Сева. — Домашнюю курицу не пичкают химией, и хотя видок у неё и правда не очень, зато вкус превосходный. Роза Львовна закурила и тут же положила сигарету в пепельницу, стилизованную под старинную арабскую тапочку. — Забыла, Всеволод! Я же чай заварила, помнится — он вам понравился. Пока пьём, я расскажу вам секрет настоящего бульона, который в народе считают лекарством от всех болезней. Как сейчас варят бульон? Берут фабричные грудки или крылышки, а потом ждут навара. А какой от этих частей навар? Химия и жир! Итак, основное правило: берёте целую домашнюю курицу, бросаете в кастрюлю, заливаете холодной водой, чтобы она покрыла тушку сантиметра на три. И варите часика полтора. Роза Львовна замолчала, прикуривая погасшую сигарету. — Ёлы-палы, и это всё? — изумился Сева. — Всё, Всеволод, это когда ноги уже холодные. Я вам рассказала главное, а мелочи увидите сами. С этими словами хозяйка надела цветастый фартук и принялась отмывать курицу. Закончив, она обсушила её бумажными полотенцами, подошла к плите и включила газ, шипение которого пре