Немец, который дал России голос — Как цыганская песня «Бродяга» запустила первую фабрик...
Немец, который дал России голос — Как цыганская песня «Бродяга» запустила первую фабрику грампластинок В 1880 году двадцатиоднолетний немец Готлиб Генрих Карл Молль переехал из Германии в Россию. Он сменил имя на Богдана Васильевича, женился на дочери литейного мастера Агафье Рубцовой и занялся производством сыра, мыла и эмалированной посуды. Никакого отношения к звукозаписи у него не было — зато была страсть к музыке. Молль собрал собственный духовой оркестр и ансамбль балалаечников, любил русские народные песни и сам их пел. К началу XX века он проницательно разглядел, что рынок грампластинок в России — это золотая жила: до того пластинки выпускали лишь мелкие артели, и даже все вместе они не могли утолить спрос. Фабрика полного цикла в селе Апрелевка Молль подал прошение в Московское губернское правление о разрешении построить фабрику «для изготовления граммофонных пластинок с числом рабочих от 15 до 20 человек» на собственной земле в селе Апрелевка. Разрешение получили, участок обошёлся в тридцать тысяч рублей. Это был проект с полным циклом: от записи звука до производства граммофонной массы, которой в Центральной России вообще никто не делал. Сырьё — смолу шеллак — закупали за границей, и стоила она дорого. Из Германии пригласили специалистов по граммофонному делу: Августа Кибарта и Альберта Фогта. «Бродяга» — первая пластинка империи 1 сентября 1910 года фабрика открылась в небольшом одноэтажном кирпичном здании с белокаменными наличниками и угловыми башенками. Внутри помещалось всё: машинное отделение, гальванический цех, где восковые диски с записанным звуком окунали в электролит и получали медные матрицы, и прессовый цех, где бесформенный кусок массы, сжатый между матрицами, превращался в пластинку. А 15 декабря 1910 года появилась первая запись — знаменитая цыганская песня «Бродяга». За первый год фабрика выпустила четыреста тысяч дисков под маркой «Метрополь‑Рекорд». Пятьдесят рабочих — в основном бывшие крестьяне из окрестных деревень — трудились в этом маленьком здании, а в одном из помещений жил первый директор фабрики: сын Богдана Иван Молль. Ссылка, экспроприация и речи Ленина Успех был недолгим. В 1914 году с началом Первой мировой войны и волной антинемецких настроений Богдана Молля выслали из России, а фабрику экспроприировали и передали конкурентам — «Русскому акционерному обществу граммофонов». После революции завод национализировали и передали в ведение Центропечати для выпуска агитационных пластинок с речами революционеров. Парадокс истории: техническую сторону звукозаписи ленинских речей обеспечивали два немца — сын основателя Иван Молль и компаньон Август Кибарт, оставшиеся на заводе консультантами. В 1927 году семью Ивана выслали в Германию, а сам он оказался в тюрьме. Выйдя оттуда тяжело больным, он умер от туберкулёса по дороге к семье. Ласточка, ставшая символом Завод получил официальное имя «Апрелевский завод памяти 1905 года». На его пластинках появилась ласточка, державшая в клюве золотистый нотный знак, — этот символ стал эмблемой предприятия. В 1950 году заводские инженеры во главе с Владимиром Хазанджи разработали рецепт пластмассы на основе отечественных синтетических смол — это освободило советскую промышленность от зависимости от импортного шеллака. В 1964 году завод вошёл во Всесоюзную фирму «Мелодия» и стал её флагманским производством: здесь выпускали до 65% всех советских грампластинок. Конец, который наступил слишком рано После распада СССР спрос на пластинки рухнул: упала покупательная способность, сократился выпуск проигрывателей, на рынок пришли компакт‑диски. В 1991 году завод выпустил 33 миллиона пластинок и уже работал в убыток. Последняя партия вышла в 1997 году. В 2002 году суд признал предприятие банкротом. Завод проработал 87 лет — и не дожил всего десяти лет до мирового ренессанса винила, который начался в 2008‑м. Сегодня в Апрелевке работает музей завода, а попытки возродить производство винила в России ведут, как и в 1910 году, лишь мелкие артели.