Как я Вас люблю! Боже мой, я никогда не воображал, что чувство моё к Вам вырастет до та... — 23 июля 2026 г. в 16:57:09.458
Как я Вас люблю! Боже мой, я никогда не воображал, что чувство моё к Вам вырастет до такой страсти. Я начинаю бояться за себя… Право, ещё никогда в моей жизни, никогда никого я не любил так непозволительно, с таким самозабвением… Из письма Ильи Репина к Елизавете Званцевой. В предыдущем посте я рассказывала о своих впечатлениях от выставки «Школа Званцевой..» в Музее русского импрессионизма. Но почти ничего не написала о самой Елизавете Николаевне. А ведь она - тоже главная героиня этой истории. Как получилось, что женщина из обеспеченной дворянской семьи решила открыть частную художественную школу, которая шла вразрез с привычной академической системой? Начать стоит с того, что Елизавета Званцева сама была художницей. Она училась в Московском училище живописи, ваяния и зодчества, затем в Петербургской Академии художеств. Брала уроки у Павла Чистякова - легендарного педагога, воспитавшего Серова, Врубеля, Борисова-Мусатова и многих других. Одним из её учителей был Илья Репин. Он настолько увлёкся своей ученицей, что буквально засыпал её любовными письмами и, по собственному признанию, едва не сходил с ума от своих чувств. Репин написал пять портретов Званцевой, но до наших дней сохранился только один. Художник всю жизнь им любовался: портрет висел в столовой «Пенатов», а по завещанию Репина был передан в дар музею «Атенеум» в Хельсинки (📸1) Но взаимности не случилось. Не окончив Академию, Званцева вместе со своим другом Константином Сомовым уехала в Париж, где училась в мастерских известных французских художников. Именно там она увидела совсем другой подход к художественному образованию - свободный, живой, построенный на развитии личности художника, а не на следовании академическим канонам. Тогда у Званцевой и родилась идея создать собственную школу. Сначала она открыла её в Москве. Преподавать пригласила Серова, Коровина и Николая Ульянова. Но московская школа постепенно прекратила существование. И тут свою роль сыграл Константин Сомов. Из Петербурга он писал Званцевой, что городу очень нужна новая художественная школа. Именно он предложил пригласить преподавать Льва Бакста и Мстислава Добужинского. Более того, Сомов подсказал и место - доходный дом на Таврической улице, тот самый, где находилась знаменитая Башня Вячеслава Иванова. Так появилась петербургская Школа Званцевой - одна из самых ярких художественных мастерских начала XX века. Ученица школы Юлия Оболенская вспоминала о Елизавете Николаевне так: «Сама Е. Н. произвела на нас чрезвычайно привлекательное впечатление: она вся искрилась жизнью, суетилась, спорила, сердилась, улыбалась в одно и то же время». После революции Званцева некоторое время жила в Нижнем Новгороде, затем переехала в Москву, где стала воспитателем, а позже директором детского дома для беспризорных детей. И ещё одна любопытная деталь. Родной брат Елизаветы, Николай Званцев, тоже был творческой личностью, работал режиссёром театра Незлобина и преподавал в Московской консерватории. Его женой была знаменитая певица Вера Петрова-Званцева - обладательница редкого меццо-сопрано. Современники говорили, что она удивительно перевоплощалась на сцене и называли её «Шаляпиным в юбке». Её портрет кисти Петрова-Водкина как раз можно увидеть на выставке в Музее русского импрессионизма (📸2). P. S. А история отношений Елизаветы Званцевой и Ильи Репина легла в основу пьесы Зиновия Сагалова «Сёстры Джоконды».