Я листала старые фото в телефоне — и вдруг наткнулась на снимок, где мне лет двенадцать...
Я листала старые фото в телефоне — и вдруг наткнулась на снимок, где мне лет двенадцать. Я стою в нелепом дождевике, хмурюсь, а папа рядом широко улыбается, держит надо мной огромный зонт, и капли стекают с него сверкающими дорожками. Помню, мы тогда шли из школы, лило как из ведра, а я ужасно злилась: хотела надеть куртку, а не этот «детский» дождевик. А папа всё повторял: «Зато ты как космонавт! Смотри, у тебя свой купол!» И я, хоть и дулась, потихоньку улыбалась. Ещё помню, как по выходным он возился с машиной в гараже, а я сидела на старом табурете, болтала ногами и рассказывала ему всё подряд: кто в классе поссорился, какая песня не выходит из головы, почему учительница слишком строго смотрит. Он слушал, не поднимая глаз от гаечного ключа, иногда кивал, иногда коротко хмыкал. А потом вдруг поднимал голову, смотрел прямо и говорил что-то простое, но такое точное, что все мои тревоги сразу становились меньше. «Не переживай, это просто день такой. Завтра будет лучше». И я верила. А ещё — запах его куртки. Тёплый, чуть терпкий, с оттенком гаража, кофе и чего-то совсем своего, папиного. Я любила прятаться в ней, когда было грустно. Казалось, что, пока я в этой куртке, никакая беда не посмеет подойти близко. Сейчас я взрослая. Сама решаю проблемы, сама выбираю, что надеть, сама завариваю себе кофе. Но иногда, когда день выдаётся особенно тяжёлым, я вдруг ловлю себя на мысли: а вот папа бы сейчас сказал что-нибудь такое, что сразу расставит всё по местам. Не длинную лекцию, а одну фразу — и всё станет чуть светлее. Я смотрю на часы, потом на телефон. И понимаю: надо позвонить. Прямо сейчас. Услышать его голос, рассказать про этот день, про какую-нибудь мелочь, про то, что просто хочется услышать: «Не переживай, завтра будет лучше». Или лучше — приехать. Просто обнять и посидеть рядом, как раньше, пусть даже он снова будет возиться с чем-то в гараже, а я — болтать ногами на табурете. Пап, я скучаю. И очень тебя люблю. ❤️