сталкиваться со стереотипами, что мебель из старой доски - это невыгодно. Дерево ведь у...
сталкиваться со стереотипами, что мебель из старой доски - это невыгодно. Дерево ведь уже старое! Хотя у него срок службы при правильной эксплуатации не ограничен. Мы даём гарантию на наши доски и продукцию из них. К тому же стили «лофт» и «индастриал», в которых мы работаем, подразумевают нарочитую неаккуратность. Со временем наша мебель станет только лучше: где-то её прижмут, ударят, сколют, поцарапают. С удовольствием поправим или посоветуем, что с этим сделать, но для внешнего вида это только плюс! К тому же это креативно, и такая мебель имеет необычный внешний вид, сохраняя все свойства массива. Ну и главное - практически все наши доски были сделаны вручную и для себя. На протяжении десятилетий и столетий их латали, царапали, вбивали в них гвозди и красили. В таких стенах выросли поколения наших предков. Это сродни антиквариату, они заслуживают нашего внимания. Как всё устроено Мы перепробовали множество способов обработки досок, далеко не всё нам подходит - разные составы по-разному ложатся на старую древесину. Есть такие нюансы, как покрытие маслом несколькими слоями с интервалом не более суток - иначе на поверхности досок проступает воск. Специалисты не знают, почему так происходит, но мы поняли, как этого избегать. Таких нюансов очень много в нашей работе. И их нет в интернете – до всего пришлось доходить опытным путём. Основную часть доски мы привозим из регионов. У нас там склады и работают наши артели. Складов всего пять – в Архангельске, Костроме, Кирове, Грозном, Краснодаре. Там нашлись люди, готовые работать с нами. Складские и производственные помещения остались ещё со времён Советского Союза. Чтобы наладить работу с амбарной доской в регионах, я сам неоднократно туда ездил. Предварительная подготовка проходит именно на региональных складах. Мы отсматриваем предлагаемые под снос дома. Если целесообразно - сносим их (далеко не каждый). Потом, при аккуратном демонтаже, изучаем доски на предмет гнили. Часть досок, к сожалению, ломается при сносе. Затем происходит предварительная очистка древесины мягкими щётками, удаление всех металлических предметов (гвоздей, скоб). Потом груз формируется на складе. Когда собираем нужный объём, отправляем на сушку. Там доска проводит три недели при температуре 72 градуса. Своя сушка находится у нас в Краснодаре, но её мощности не всегда хватает. Поэтому мы пользуемся сторонними - в других регионах. Не так сложно организовать собственную сушку, сложнее постоянно загружать её работой. Её необходимо всё время топить, для чего требуются истопник и грузчики. Это постоянные статьи расходов. У нас не всегда достаточно доски, чтобы запускать сушку. Нам проще накапливать древесину на складе, а затем вывезти её на стороннюю сушку. После просушивания амбарная доска грузится в машину и едет в Москву на центральный склад. Тут мы её пересчитываем и снова отбраковываем. Иногда на брак приходится до 50 процентов материала. Он ломается при демонтаже и транспортировке. Здесь, в Москве, остаётся выполнить только столярные работы, изготовить мебель и прочую продукцию. На последнем этапе я практически всегда присутствую сам. Цена вопроса Сегодня «Магазин старых досок Greyboard» зарабатывает от 200 000 до 1 500 000 рублей в месяц чистой прибыли. Проект давно себя окупил. Наши ежемесячные расходы без затрат, непосредственно связанных с поставкой доски, составляют 1-1,5 млн. рублей в месяц. Цены у нас следующие. Доска в основном стоит от 1000 до 5000 рублей за квадратный метр, стол дубовый - 30 000-50 000 рублей, панно сосновое - 5 000 рублей за «квадрат», разделочные доски - 1500-2000 рублей. Пни продаём в основном за 1500-4000 рублей. Сундуки от 3000 до 25 000 рублей (в зависимости от размера). Частный клиент нередко покупает одну доску за 150-500 рублей, в то время как заказ от ресторанного бизнеса составляет 1,5-2 млн. рублей. То есть разброс по чеку и возможностям клиентов очень большой. Но для нас каждый из них уникален, мы каждого