Ольга Валиева Сила диалога

Непонятно от чего, но внутри всё время что-то напряжено Не случилось ничего. Но внутри что-то не может остановиться. Как будто тело ждёт удара, которого нет. И от того что нет почему-то не легче. Любая мелочь может стать последней каплей. Не потому что мелочь серьёзная. Просто внутри уже столько всего накоплено, что места почти не осталось. Коллега сказал не так. Ребёнок не слушается. Пробка. И ты чувствуешь – сейчас всё. Потом проходит. И становится стыдно, что из-за такой ерунды. Она говорила: «Я боюсь собственных реакций. Никогда не знаю, когда накроет». Живёшь и немного себя боишься. Ходишь аккуратно вокруг себя. Стараешься не трогать лишний раз. Начинаешь контролировать. Заранее просчитывать, где может накрыть. Избегать ситуаций, людей, разговоров, не потому что они плохие, а п…

«Поговорим с видом на Исаакий» Можно задать любой вопрос, рассказать историю, обсудить волнующую тему. Познакомиться ближе. От меня ответ, в аудио, текстом или видео. ПыСы: Со мной можно на ты)

Ты их всех уже знаешь наизусть Партнёр начнёт решать. Предложит что-то конкретное. Это его способ быть рядом, ты знаешь. Он хочет помочь. Просто его помощь сразу закрывает разговор. Подруга скажет «господи, я так тебя понимаю» и через минуту начнёт про своё. Не потому что ей всё равно. Просто так устроен разговор двух уставших людей. Мама начнёт переживать так, что ты переключишься на неё. И выйдешь из разговора с ощущением, что сама кого-то поддержала. Коллега скажет что-то ободряющее и профессиональное. Потому что вы всё-таки коллеги. Ты молчишь не потому что не доверяешь. Ты молчишь потому что уже была в этих разговорах. Много раз. И знаешь, чем каждый из них заканчивается. Знаешь интонации. Знаешь паузы. Знаешь момент, когда тема незаметно смещается куда-то в сторону, и ты идёшь …

Тяжело ли быть рядом с чужой болью? Нет. Боль живая. В ней есть человек, а не его версия для внешнего мира. На этот час нужно отказаться от себя. От своего вечера, от того что болит у меня, от жизни которая ждёт за дверью. Есть только человек напротив.Его темп. Его пауза перед словом которое страшно произнести. То как меняется голос когда касается чего-то настоящего. Я иду за этим. Чувствую куда можно, куда рано. Злюсь иногда. Радуюсь. Этот час принадлежит другому целиком. Тяжело другое. Я иногда вижу раньше человека, куда ведёт то, что он сейчас говорит. Вижу, и не говорю. Потому что знание которое человек не добыл сам ему не принадлежит. Он его не почувствует. Пройдёт насквозь и ничего не изменит. У него есть право идти в своём темпе. Право не знать, пока не готов. Я в это верю и з…

Смотришь на других. Не понимаешь, что они делают такого Кто-то рядом смеётся над чем-то простым. Искренне, без усилий. Смотришь и думаешь: когда я последний раз так смеялась? Пытаешься вспомнить. Не можешь. И дело не в том, что плохо. Плохо это хотя бы что-то. Здесь другое. Как будто между тобой и происходящим появилась какая-то прослойка. Всё доходит. Просто не трогает. Едешь домой после хорошего вечера. Внутри ровно. Не плохо. Просто ничего. В какой-то момент приходит мысль: может, я просто не умею радоваться. Не умею и всё. Так устроена. Останавливаешься на ней. Потому что если это правда про устройство, а не про что-то случившееся, то и вопросов больше нет. Незачем копать. Но где-то внутри ты точно знаешь: это не про устройство. Ты помнишь себя другой. А ты скучаешь по себе?

«Я раньше не была такой» Она произнесла это тихо. Почти себе. Мы только что говорили про подругу. Про то, что та звонит часто, что ей сейчас тяжело. Она рассказывала ровно, без раздражения. Я спросила: как ты себя чувствуешь, когда она звонит? Пауза. «Ловлю себя на том, что не хочу брать трубку.» Ещё пауза. И тише: «Я раньше не была такой.» Она не плакала. Просто сидела, смотрела в пол. И я видела, как внутри что-то происходит. Не горе, не стыд. Что-то холоднее. Узнавание того, во что не хочется верить. Потому что можно объяснить усталость. Можно сказать себе: много работы, мало ресурса, всё понятно. Это терпимо. Это временно. Но когда близкий человек набирает твой номер и первое, что чувствуешь – это не тепло, а тяжесть. Когда слышишь чужую боль и внутри не отзывается ничего. Про…

+2

Ума и Губернатор не дружат. И, честно, я не жду, что подружатся. Ума его просто терпит. Они вообще не контактируют. Губер пытается, подходит, зовёт играть, а её это страшно раздражает. Она не понимает, что с ним делать. И играть с ним она не научится никогда. Но стоит мне начать ругать Губера, как Ума сразу меняется. Голос у меня становится строже, и она уже тут. Стонет, крутится под ногами, тычется носом мне в ладонь, заглядывает в глаза. Переживает так, будто ругают её. И я каждый раз смотрю на это и улыбаюсь. Потому что видела это сто раз. Только не у собак, а у людей. Ты можешь месяцами не звонить брату. Можешь заводиться с мамой с полуслова. Можешь говорить подруге: «Да мы вообще разные люди, нас ничего не держит». И верить в это. А потом за столом у друзей один знакомый отпускае…

Выйти незаметно Она ничего не делает для того, чтобы на неё смотрели. Говорит, что думает, спокойно и без нажима, смеётся, когда ей правда смешно, и на дежурное «как дела» может ответить «плохо, честно говоря», а через минуту уже расспрашивать тебя о чём угодно, как ни в чём не бывало. Ты садишься к ней поближе раньше, чем успеваешь это заметить. Рядом с ней ты разговорчивее, а вечером дома ловишь себя на том, что повторяешь её фразу, будто она всегда была твоей. И всё же рядом с ней тебе неспокойно. Её замечают всю. Если она молчит на совещании, её сразу спрашивают, не согласна ли она. Если уходит с праздника раньше, на следующий день ей пишут, всё ли хорошо. Она может закрыть дверь и ничего не объяснять, право у неё есть. Только закрытую дверь тоже все видят. В пятницу за столом спо…