Пятница. Ты на балконе, подруга на громкой. «Представляешь, во вторник опять. Ужин на с...
Пятница. Ты на балконе, подруга на громкой. «Представляешь, во вторник опять. Ужин на столе, а он в девять пишет „задержусь“. В девять!» И про его маму. Как она в воскресенье попробовала суп и сказала «ну, своеобразно». А он сидел и ел. «Так уходи». «Ну да. Надо». Ты рассказываешь ей это лет восемь. С датами, с тем, что он ответил и что ты подумала. Ему ты говоришь «ладно» и уходишь в комнату. Ты кладёшь трубку и идёшь на кухню. Он ставит перед тобой чай, с молоком, как ты пьёшь. «Слушай, сосед сегодня...» Ты говоришь «спасибо» и смотришь в телефон. Про звонок он не знает. Восемь лет не знает. Ночью он засыпает быстро. Ты лежишь и слушаешь, как он дышит. Он рядом, тёплый, рука на твоём плече. А тебе так одиноко, что хочется встать и уйти обратно на балкон. Пока есть пункты, у этого одиночества есть причина. Не позвонил. Промолчал. Можно злиться, можно рассказать, можно кивнуть на «так уходи». А если пунктов нет? Если он позвонит, заступится, исправит всё, а ты будешь лежать вот так же и слушать, как он дышит? Тогда придётся сказать вслух: тебе одиноко рядом с хорошим человеком. Это уже никому не расскажешь. Ни подруге, ни ему. Даже себе. Что ты расскажешь подруге в ту пятницу, когда пунктов не останется?