ПОД ОРАНЖЕВЫМ АБАЖУРОМ
ПОД ОРАНЖЕВЫМ АБАЖУРОМ Глава 3. Беда пришла в дом Ивановых внезапно, не постучавшись. Сначала сдал Пётр Николаевич. Могучее здоровье инженера, подточенное годами работы на вредном производстве, надломилось. Он подолгу лежал на диване, бледный, тяжело дышащий. Анна Сергеевна не отходила от него ни на шаг. — Петя, ну выпей бульончику, свежий, на курятине, — умоляла она, присаживаясь на край кровати и поправляя сползающий плед. — Не лезет, Анечка... Душа за Алёшку болит, — слабо отзывался отец. — Месяц уже писем нет. Где он, как он там? Алексея отправили в служебную командировку в «горячую точку». Связь оборвалась. Однажды в дверь постучали. Даша открыла. На пороге стоял хмурый военком с казённым пакетом в руках. — Пропал без вести при выполнении боевого задания, — эхом разнеслось по квартире. Анна Сергеевна, услышав это из коридора, тихо, без единого звука осела на пол. Пётр Николаевич этого удара вынести не смог. Старое сердце инженера сдалось за три дня. Известие о сыне добило отца, и он ушел, оставив своих женщин один на один с оглушающим, чёрным горем. Стены квартиры будто в один миг остыли, а старый оранжевый абажур на кухне стал казаться тусклым и безжизненным. «Холодно-то как стало... Ой, беда, ой, горюшко. Хозяин ушёл... Клянусь, я его за руку держал, как мог, дыхание его слабое согревал, умолял подождать, да не суждено было. Силы мои не бесконечны против такой хвори и тоски черной. А тут ещё и с Алёшенькой напасть. Но живой он! Сердце моё чует — живой парень! Только далеко он, за горами, за долами, не дотянуться мне туда, не закрыть своим телом от пуль. Бедные мои бабоньки, плачут и плачут, слезами всю квартиру затопили. Я и сквозняки все перекрыл, и чашки со стола убираю, которые позабыли. Как же мне их уберечь, родных моих?» #пробапера@elenadefektolo