Когда я выпила вина, легче не стало ни на грамм. Наоборот, алкоголь ровно ложился на ст...
Когда я выпила вина, легче не стало ни на грамм. Наоборот, алкоголь ровно ложился на стресс, планомерно меня уничтожая. Я слушала одну и ту же грустную песню, и рыдала навзрыд. Потом меня выключило, я уснула. Утром надо было на работу. Я по-честному проснулась в 6 30 утра по будильнику, и поняла, что на работу я идти не в состоянии. Тем не менее, я собралась, сгребла себя в могучую кучу, и на остатках волевых поехала на работу. Коллеги понимающе смотрели, как я надеваю маску, чтоб не дышать на пациентов вчерашним вечером. Заведующая отпустила до конца недели с вызовов, очень выручала моя медсестра, очень толковая и поддерживающая женщина, она "расфасовывала" пациентов так, чтоб я поменьше работала. Каждый вечер я шла домой и покупала пиво, начала и заедать стресс. Отработав пятницу, я выдохнула, впереди было два выходных, а значит, можно не думать, кто и что подумает, и спокойно заливать и заедать свой стресс. Мне было себя неимоверно жалко, что я осталась без мамы. Я рыдала каждый вечер над ее фото, и спрашивала Бога, за что он ее забрал... Папа тоже ушел в себя, и почти не ночевал дома, уезжал к своим родителям. Брат отвлекал себя улицей, а я страдала, ела и пила. В воскресенье я перебрала и с едой, и с алкоголем, видок уже был не респектабельный, я еле встала, и, взглянув на себя в зеркало, поняла, что на работу я не пойду. Точно не пойду. Сначала у меня теплилась надежда, что я отойду до второй смены, и смогу пойти, но сил не было совсем - вся энергия ушла на жалость к себе, алкоголь и еду. Около 12 00 я написала СМС заведующей, что пойду на больничный. Это не было удивительным для нее, она понимала, в каком я стрессе, и лишний раз избегала меня трогать. Больше я в эту поликлинику не вернулась. Стоит здесь отметить, что я давненько подумывала о смене деятельности, мне очень не нравилась наша система здравоохранения и ее порядки, и, судя по всему, Вселенная таким образом решила исполнить моё желание: впоследствии я действительно поменяла деятельность. Долгое время я пребывала в забвении, от утра до утра. Я сдавала свою квартиру и жила на эти деньги и то, что удалось накопить за время ремиссии. Полностью отрезвило меня только через год после маминой смерти. Деньги тоже закончились, пить и есть было не на что. Пережив дикую абстиненцию, я снова стала погружаться в ремиссию по всем зависимостям.