Этот эксперимент — настоящая бомба, взорвавшая вековые представления о свободе воли. В ...
Этот эксперимент — настоящая бомба, взорвавшая вековые представления о свободе воли. В начале 1980-х годов нейрофизиолог Бенджамин Либет провел серию опытов, которые, казалось, доказали: наше сознательное «Я» — не автор решений, а лишь их наблюдатель. В чем суть эксперимента? Либет хотел точно замерить временную связь между мозговой активностью и осознанным намерением. Испытуемый сидит перед экраном с быстро вращающейся точкой, как циферблат. Его просят в любой момент, когда захочется, согнуть запястье или палец. Главное — не планировать это заранее, а действовать спонтанно. После движения испытуемый должен был отметить, в каком положении находилась точка на экране в тот момент, когда у него возникло осознанное желание пошевелиться. Это и есть момент — время осознания намерения. Параллельно с помощью ЭЭГ Либет записывал электрическую активность мозга. Он обнаружил, что примерно за 550 миллисекунд до движения начинается медленное нарастание негативного потенциала — потенциал готовности. Это указывало на то, что в мозге уже запущен процесс подготовки к движению. Электромиограмма фиксировала точное начало сокращения мышц. Результат, который шокировал. Временная шкала выглядела так: -550 мс: Начало потенциала готовности в мозге. -200 мс: Осознание намерения (W). 0 мс: Движение. Мозг начинал готовить действие за 350 миллисекунд ДО того, как человек это осознавал. Казалось, что свобода воли — это иллюзия, а сознание лишь подводит итог уже принятому где-то в глубинах нейронов решению. Наш мозг действительно во многом работает на автопилоте. Огромное количество решений (особенно моторных) принимается бессознательно. Сознание — это не «дирижер», а, скорее, «продюсер», который может наложить вето. Оно не начинает процесс, но может его остановить. Свобода воли — это, возможно, не разовое усилие, а процесс. Наше «Я» — это часть более широкой нейронной сети, и деление на «я хочу» и «мозг решил» — это упрощение. Мы и есть наш мозг, включая его бессознательные процессы. Философский спор, разожженный Либетом, не угасает до сих пор. Если нейробиология докажет, что все наши решения предопределены нейронными процессами, сможем ли мы считать себя свободными? Пока наука оставляет пространство для маневра — и для того самого «вето», которое и делает нас людьми.