Егор подрос, он часто вспоминал своего друга и когда бывал в лесу, ему казалось, что не...
Егор подрос, он часто вспоминал своего друга и когда бывал в лесу, ему казалось, что нет- нет, да и мелькнёт знакомая серебристого цвета спина волка. Однажды, пред новым годом, Егор пошёл поставить силки… Было морозное утро, ярко светило солнце, быстро справившись, мальчик отправился назад и решил сократить путь, к тому же начал падать снег, хотелось побыстрее вернуться домой. Он не заметил промоину, под корнями большого дерева, она была прикрыта снегом. Земля провалилась под ногами паренька, ударившись плечом и головой, он упал, ногу пронзила острая боль, встать на неё он не смог. Мальчик начал кричать и звать на помощь, в надежде что его услышат, но тщетно. Начало смеркаться зимний день короток. .Мальчик попытался ползти, цепляясь за кусты, но склон оказался слишком крутым. Снег забивался за воротник, рукавицы промокли. Егор понимал, что ночью мороз усилится. Ему стало страшно — по-настоящему, до дрожи. Он забился под вывороченные корни ели и прижал руки к груди, стараясь сохранить тепло. Совсем рядом хрустнула ветка. Егор поднял голову. Недалеко от него стоял волк. Крупный, широкогрудый, с густой серебристой шерстью. Он смотрел на маальчика жёлтыми глазами. Через мгновение рядом появился второй, потом третий. Волки подошли молча, один за другим, окружая мальчика. Егор замер. Он нащупал нож, хотя понимал, что тот не поможет. Первый волк подошёл совсме близко. Обнюхал снег, рюкзак, повреждённую ногу. Егор вжался спиной в корни и вдруг заметил на задней лапе зверя тонкий кривой шрам. След от проволочной петли. - Серый… Волк вскинул голову. Несколько мгновений он стоял неподвижно, а затем приблизился и ткнулся холодным носом в Егоркину щёку. Так же, как когда-то тыкался в его ладонь возле старого верстака. Остальные волки держались поодаль. Серый лёг рядом, прижавшись тёплым боком к мальчику. Егор запустил пальцы в густую шерсть и впервые за несколько часов перестал дрожать. Но волк понимал, одного тепла недостаточно. Он поднялся, выбрался из оврага и исчез в метели. Егор решил, что Серый ушёл. Сил расстраиваться уже не было. Он свернулся под корнями, а два волка остались неподалёку, молчаливо охраняя его. Иногда они поднимали морды и прислушивались к лесу. Серый тем временем бежал к деревне. Отец Егора вернулся домой другим путём и не обнаружив сына, отправился его искать, но сначала нужно было собрать людей. Подойдя к калитке, увидел огромного волка. Зверь не убегал. Метался вдоль забора, поскуливал, царапал лапой доски, а потом отбегал к дороге и оглядывался. Отец узнал его. -Серый…Серый, Егор пропал. Волк завыл и побежал в сторону леса, потом вернулся назад, будто говоря, ну что же ты, идём. Отец быстро позвал соседей, и они пошли сквозь метель за волком, который то убегал, то возвращался. Несколько раз они теряли его в снежной круговерти, но волк возникал из темноты и снова бежал вперёд. Егор уже почти не слышал голосов. Ему казалось, что где-то далеко трещит печь и мать гремит заслонкой. Потом темноту прорезали фонари, закричали люди. Волки исчезли прежде, чем спасатели подошли к Егору, Серый остался. Стоял недалеко и смотрел, как Егора укладывают на самодельные носилки, укрывают тулупом и осторожно несут его. Мальчик очнулся только утром, уже дома. Нога оказалась сломана, но врач сказал, что всё срастётся. Гораздо опаснее было переохлаждение. Ещё несколько часов в снегу — и спасать, возможно, было бы уже некого. Серый к дому больше не подошёл. Иногда его видели на опушке — большого седоватого волка, рядом с которым держалась стая. Он никогда не трогал деревенский скот и не приближался к людям. Весной Егор впервые после перелома дошёл до старой вырубки. Сел на поваленную берёзу, возле которой когда-то нашёл маленького испуганного зверя, и долго смотрел на лес. На другой стороне поляны бесшумно появился Серый. Они не бросились друг к другу.