Ленинградские зарисовки: тиккун олам на Неве
Ленинградские зарисовки: тиккун олам на Неве Нас пришло десять человек. Каждый пришёл со своим интересом, со своим вопросом к этому древнему городу на Неве, но всех нас объединяло желание понять, как уживаются в Петербурге века и традиции. Вы помните библейскую историю о Содоме и Гоморре? Когда Всевышний решил уничтожить города, Авраам вступил с Ним в спор: «Если найдётся пятьдесят праведников, Ты не уничтожишь их?» Он снижал планку, пока Бог не пообещал сохранить всё ради десяти праведников. Эти десять стали символом ответственности — за город, за людей, за судьбу. В Петербурге евреи живут с самого его основания. В окружении Петра I было немало выходцев из этого народа: португальский еврей Антон Девиер стал первым генерал-полицмейстером столицы, а вице-канцлер Пётр Шафиров дал имя Шафировскому проспекту. Государь мудро говорил: «По мне будь крещён или обрезан — едино, лишь будь добр человек и знай дело». Так и вышло: потомки тех переселенцев, переехавших сюда десятками тысяч после отмены Черты оседлости, сегодня — плоть от плоти Северной столицы. Именно они составляли интеллектуальную и культурную элиту Ленинграда. Это — выдающийся врач и педагог Пётр Лесгафт, физиолог Владимир Иоффе, организатор танковой промышленности Исаак Зальцман. Это — легендарный физик, нобелевский лауреат Лев Ландау, академик-строитель Борис Галёркин, директор ЛГУ Михаил Лазуркин и генетик Соломон Кантор. Это — музыканты: Антон Рубинштейн, основавший консерваторию, и дирижёр Карл Элиасберг, под управлением которого в блокадном 1942 году впервые прозвучала Седьмая симфония Шостаковича. Здесь творили композитор Вениамин Баснер, подаривший нам «С чего начинается Родина», и его гениальный ученик Вениамин Флейшман, ушедший добровольцем на фронт и погибший под Красным Селом. Особо стоит сказать о Давиде Голощёкине. Этот человек — живая легенда и «король ленинградского джаза». Выходец из знаменитой музыкальной десятилетки (одна школа с Бубельниковым и Берзоном), он стал не просто виртуозным скрипачом, а символом свободы в эпоху застоя. Именно Голощёкин создал уникальный ансамбль, который раздвинул рамки джаза, смешивая его с классикой и фольклором. Десятилетиями он собирал полные залы филармонии, доказывая, что музыка выше политики и национальностей. Его вклад в культурный код города колоссален — он научил ленинградцев слышать современность. Мы стояли у Большой хоральной синагоги на Лермонтовском проспекте. Её мавританский стиль органично вписался в петербургский пейзаж, но для многих это не храм в привычном смысле, а «Дом собраний». Гид Дина Данилова (vk.ru/mazelgo) открыла нам секрет: у евреев нет посредников между человеком и Богом, раввин — лишь учитель и знаток законов. Здесь чтят образование, и не случайно из этой среды вышло столько учёных, ведь знание приравнивается к высшей святости. Но главный секрет не в громких именах. В традиции есть заповедь цдака — это больше, чем благотворительность. Это ответственность друг за друга, мировоззрение, где ребёнка с детства приучают помогать, а не спрашивать: «Почему я должен отдавать?» Сегодня ты поддерживаешь члена общины, завтра община поддержит тебя. Именно поэтому в синагоге так развиты образовательные программы, работают клубы для детей и молодёжи, проходят концерты классики и джаза. Большая хоральная синагога — не просто памятник архитектуры, а живая нить, связывающая вчерашний Ленинград с сегодняшним Петербургом. Она видела блокаду и возрождение, помнит голоса ушедших и встречает шаги новых поколений. Этот год объявлен Годом народного единства, и мы знаем: наш город строили, защищали и восстанавливали люди разных кровей. И пока в нём живут те, кто помнит это единство, — Петербург остается городом с великой историей и будущим. P.S Вспомним же Авраама. Десять человек, собравшихся вместе, — уже достаточно, чтобы поменять мир. Особенно если этот мир — наш любимый Ленинград.