Течение нашей жизни определялось внезапными тревогами и неожиданными происшествиями.
Течение нашей жизни определялось внезапными тревогами и неожиданными происшествиями. Тристан, впрочем, был выше всего этого. Как-то вечером мы с ним сидели в гостиной Скелдейл-хауса, и вдруг наш покой нарушил пронзительный звон телефона. Тристан, не вставая с кресла, протянул руку к трубке. – Аллоу? Ктоу говоритто? Несколько секунд он внимательно слушал, потом потряс головой. – Нетто, нетто, извинитто. Мистероу Фарноно дома нетто. Хорошоу, я сказай, когда он приходитто. Наше-ваше с кисточкоу! Он положил трубку. Я изумленно смотрел на него. Этот нелепый акцент был лишь одним из проявлений его твердой решимости отыскивать крупицы развлечений в чем бы то ни было. Конечно, так он забавлялся отнюдь не всегда, но фермеры нет-нет да и упоминали, что с ними говорил «какой-то иностранец». Тристан уютно устроился с «Дейли миррор» и вскрыл новую пачку сигарет, но тут опять затрезвонил телефон, и ему пришлось взять трубку. – Та, та, тобры фетчер, как поживайт? Што фам укотно? В трубке басисто зарокотало, и Тристан вдруг выпрямился. «Дейли миррор» и сигареты соскользнули на пол. – Да, мистер Маунт, – быстро сказал он. – Нет, мистер Маунт. Да, конечно, мистер Маунт, я немедленно передам. Благодарю вас. Всего хорошего. – Он откинулся на спинку кресла и перевел дух. – Это был мистер Маунт! – Я догадался. И он-таки заставил тебя поджать хвост! – Ну… да… я как-то не ожидал… – Он поднял сигареты и задумчиво закурил. – Вот именно, – сказал я. – А зачем он звонил? – Просит завтра утром посмотреть какую-то его рабочую лошадь. У нее с задними ногами неладно. Я сделал запись в блокноте и поглядел на Тристана. – Не берусь судить, как ты выкраиваешь время в бурном вихре своих любовных увлечений, но в последнее время ты крутишь с его дочкой, а? Тристан вынул сигарету изо рта и внимательно оглядел тлеющий кончик. – Действительно, я несколько раз приглашал Дебору Маунт в кино и на танцы, а что? – Да так. Уж очень у нее папаша внушительный, только и всего. У меня перед глазами всплыл мистер Маунт – такой, каким я его видел в последний раз: настоящий человек-гора двухметрового роста. Над плечами, которые походили на отроги холма за его фермой, поднимался могучий утес головы с каменным подбородком, скулами и лбом. А таких широких ладоней я в жизни не видел – раза в три шире моих. – Ну и пусть его! – отозвался Тристан. – Человек он вполне приличный. – О, вполне. Я о нем ничего плохого сказать не хочу. – (Мистер Маунт отличался большой религиозностью и был, по слухам, суров, но справедлив.) – Просто мне бы не хотелось, чтобы он потребовал от меня отчета, на каком основании ты кружишь голову его дочери. Тристан поперхнулся, и в глазах у него мелькнула тревога. – Чушь какая! Мы с Деборой друзья, и ничего больше. – Рад это слышать. А то говорят, папаша бережет ее пуще собственного глаза, и я бы не хотел почувствовать его лапищи на своем горле. Тристан смерил меня ледяным взглядом. – Есть в тебе, Джим, какой-то садизм. Только потому, что мне иногда приятно пригласить девушку в кино… – Да ладно тебе, Трис. Или ты шуток не понимаешь? Обещаю завтра у Маунта ни словом не упоминать, что ты зачислил Дебору в свой гарем… Я ловко увернулся от летящей подушки и пошел в аптеку собрать все нужное для завтрашнего объезда. 📚 О всех созданиях – мудрых и удивительных 👉 Дж.Хэрриот: в Макс | в Телеграм