Продолжение
Продолжение А папоротник? Вот он — резной, Раскинул кружево в овраге тёмном, Как будто кто-то бережной рукой Расшил подол земли в узоре. Он древний. Старше — всех. Он помнит время, Когда ни слов, ни имени не знали, Когда земля была иной, И папоротники — цвели. И — отцветали. Вот чертополох — стоит, колючий воин, Лиловый шлем и латы — в иглах. Он груб, он дик, но как он всё же строен! Как рыцарь из позабытых книг. К нему не подойдёшь — уколет, ранит, Но бабочка садится — и не колко, И пчёлы вьются: мёд его не вяжет — Не горечь, нет! Он сладок. Тому, кто знает: красота — не в нежном, Не в гладком, не в покорном и ручном, А в диком, в стойком, в яростно-мятежном, В том, что стоит — ничьё. Само... Ни в чём... Не виновато... Просто — есть... Просто — дышит... А полынь! О, горькая полынь! Серебристая, седая, как тоска по дому, Как разлука, как степная синь, Как письмо, не посланное — родному... Она горчит — и в этой горечи Такая правда, что — не выдержать! Как будто кто-то шепчет: «Не молчи, Поплачь — и станет легче выдохнуть». Полынь — трава изгнанников и странников, Трава дорог, трава бессонниц. Трава для тех, кто вечно между небом и землёй, Кто помнит всё: от самых тонких звонниц до набата. ...А я иду — и сердце тает, Тропинка узкая, родная. Здесь каждый лист меня встречает, Здесь каждая трава — живая. Здесь ландыш прячется в тени — застенчив, Как первая любовь: чуть слышен, робок. Его фарфоровый прозрачный венчик Звенит и шепчет тем, кто может слышать. Здесь иван-чай — розовым пожаром Вдоль просек, вырубок, обочин — Горит! Как будто кто-то грозовым закатом Всю землю обчертил. Здесь мох на камне тёплый, как ладонь, Здесь дятел — метроном лесной упрямый. Здесь белка рыжая, как время, Мелькнёт — и нет. Как детство. Прямо. Здесь паутина между двух ветвей — Как мост хрустальный, невесомый. И капля в ней! Целый мир! Он больше всего, что мы зовём «огромным». Здесь муравьи несут: Песчинку, зёрнышко к родному дому. И в этом подвиге без слов И мест для славы столько! Что и не снилось людям. О, лес! О, храм без стен и без замка! Твои колонны — стволы вековые, Твой купол — неба синь, Твои псалмы — ручьи лесные. Кукушка отсчитает: «Столько тебе хватит?» И замолчит. И ты стоишь. Не дышишь. Продолжение следует, не пропусти