Любовь земная и любовь небесная
Любовь земная и любовь небесная В названии выставки Константина и Владимира Маковских в Музее Фаберже «Любовь земная и любовь небесная» заложена отсылка к Тициану. Но это не просто искусствоведческая цитата. За названием стоит история двух братьев-художников, которые словно договорились исследовать человека с разных сторон. Братья выросли в одной семье, буквально пропитанной искусством. Их отец, Егор Маковский, был художником-любителем, коллекционером и одним из основателей Московского училища живописи, ваяния и зодчества. Художниками стали также их брат Николай и сестра Александра. Казалось бы, общий культурный код должен был породить сходство. Получилось по-другому. Константин уехал в Петербург и учился в Императорской Академии художеств, где образцами оставались античность и Возрождение. Впоследствии он стал одним из самых востребованных портретистов своего времени. Ему неоднократно позировал Александр II, называвший Маковского «мой художник». Константин Маковский любит красоту почти безоговорочно. Лицо, кожа, волосы, драгоценности, мех, бархат, кружево, положение руки, поворот головы – человек становится предметом долгого и внимательного любования. Даже исторические сюжеты у него превращаются в роскошное зрелище. Не случайно одной из центральных работ выставки стал огромный «Суд Париса» 1889 года – сюжет, в котором сама красота становится событием. У Владимира Маковского совсем другая траектория. Он остаётся в Москве, становится одним из активных участников Товарищества передвижников. Его внимание притягивает повседневная жизнь: семья, улица, трактир, разговор, неловкость, конфликт, человеческая беда. У Константина человек достоин восхищения, у Владимира – понимания. Его интерес к герою сохраняется несмотря на слабости, смешные черты, растерянность, бедность, ошибки, быт. Мы ведь тоже смотрим на людей с разных ракурсов. Взглядом восхищения мы немного приподнимаем человека над обыденностью. И тогда особенно замечаем талант, красоту, ум, достоинство, силу, способность создавать что-то больше себя. Есть и другой взгляд – интерес к человеку, которого уже хорошо знаешь в обыденной жизни. Понимание позволяет удерживать его ценность и тогда, когда исчезает идеализация от близкой дистанции. Есть ограничения в каждом из таких взглядов. Восхищаясь человеком, легко начать любить собственное представление о нем, перестав различать реальные черты. Хорошо зная человека, легко стать скептиком, потеряв к нему интерес. А два брата Маковских, оказавшись рядом в одном музейном пространстве, словно возвращают взгляду объём. Человека можно любить, любуясь им. И человека можно любить, понимая его. 📨 Подписывайтесь на мои каналы в Telegram, ВКонтакте, в Дзен и в Макс