Провокатор, обманувший и революционеров и царскую охранку
Провокатор, обманувший и революционеров и царскую охранку На Вильмерсдорфском кладбище в Берлине есть могила, которая выглядит почти вызывающе безлико. На камне — не имя, не даты жизни и смерти, а всего лишь номер 446. Под ним похоронен Евно Азеф — человек, который несколько лет умудрялся играть сразу за две стороны и заставлял каждую из них верить, что именно она держит его под контролем. Для эсеров он был руководителем Боевой организации, для царской полиции — ценнейшим агентом. Он участвовал в подготовке террористических актов и одновременно предупреждал охранку о планах революционеров. Обе стороны платили ему деньги, доверяли ему и не подозревали, насколько искусно он ведёт собственную игру. Азеф родился в бедной многодетной семье. В юности увлёкся революционными идеями и посещал подпольные кружки. Полиция довольно быстро обратила на него внимание. Позже он оказался в Германии, где поступил учиться на инженера-механика в Карлсруэ. Именно там Азеф сделал первый шаг к двойной карьере. Он сам обратился к российской охранке и предложил сообщать сведения о революционно настроенных студентах. Впоследствии эта переписка стала одним из доказательств его сотрудничества с полицией. Вернувшись к активной революционной деятельности, Азеф стремительно поднялся по партийной лестнице. После ареста Григория Гершуни он возглавил Боевую организацию эсеров — структуру, занимавшуюся политическим террором. И здесь началась самая невероятная часть его биографии. Азеф одновременно организовывал покушения и предотвращал другие. Он мог передать полиции сведения о готовящемся убийстве, а затем участвовать в подготовке другого теракта. Такая двойная бухгалтерия позволяла ему сохранять доверие обеих сторон. При этом масштаб деятельности был огромным. С боевиками Азефа связывали покушения на московского генерал-губернатора великого князя Сергея Александровича, петербургского градоначальника фон Лауница и главного военного прокурора Павлова. Он был причастен и к подготовке убийства министра внутренних дел Вячеслава Плеве — человека, который одновременно являлся его начальником по линии охранки. Но чем выше поднимался Азеф, тем опаснее становилась его игра. В 1908 году он выдал полиции один из эсеровских «летучих отрядов». Семь его участников, большинство из которых были женщинами, приговорили к смертной казни. Позднее эта история стала основой для знаменитого «Рассказа о семи повешенных» Леонида Андреева. Вскоре у революционеров появились серьёзные подозрения. Публицист Владимир Бурцев начал собственное расследование и получил подтверждение от бывшего директора Департамента полиции Алексея Лопухина. Именно Лопухин сообщил ему, что руководитель Боевой организации эсеров на самом деле является полицейским агентом. Когда разоблачение стало публичным, для Азефа всё закончилось мгновенно. Эсеры приговорили его к смерти. Охранка больше не могла ему доверять. Человек, который годами балансировал между двумя смертельными врагами, внезапно оказался ненужным обеим сторонам. Азеф бежал за границу. В Германии он пытался заниматься бизнесом, но быстро столкнулся с финансовыми трудностями. Во время Первой мировой войны оказался в ещё более тяжёлом положении, а затем попал в Моабитскую тюрьму. Причём немцы арестовали его не как революционера, а как бывшего агента российской полиции. В конце 1917 года Азеф вышел на свободу. Но долго не прожил. Тяжёлая болезнь, начавшаяся ещё в заключении, прогрессировала. Он умер в Берлине от почечной недостаточности, не успев даже полугода пожить на свободе. Так закончилась жизнь человека, которого разоблачили революционеры, от которого отказалась полиция. Он избежал их расправы, пережил войну и революцию — но в конце концов умер в чужой стране, вдали от России. И даже могила словно поставила последнюю точку в этой истории. Никакого имени. Только номер 446. Человек, который всю жизнь скрывался за чужими ролями, в итоге оказался похоронен так, словно собственного имени у него никогда и не было.