Она уехала в тот же вечер. Ирина проводила её до автобуса. Они не обнялись.
Она уехала в тот же вечер. Ирина проводила её до автобуса. Они не обнялись. Через месяц позвонила соседка. - Ира, мать ваша упала. Скорую вызвали. Лежит в больнице. Ирина приехала. Валентина Андреевна лежала с переломом шейки бедра. Лицо серое, губы сухие. Она спала или делала вид, что спит. Ирина села на стул рядом. - Ира. - Я здесь, мам. - Я не хочу в дом престарелых. Ирина молчала. - Слышишь? Не хочу. Ирина оформила отпуск за свой счёт. Забрала мать к себе. Павел помогал — носил её, ставил костыли, ходил в аптеку. Ксения приезжала по выходным, сидела, разговаривала с бабушкой. Месяцы шли. Ирина готовила, водила мать по врачам, покупала лекарства, делала массаж, меняла постель. Валентина Андреевна была тихой. Иногда говорила: - Спасибо, Ира. Ирина кивала. Она не чувствовала тепла. Она чувствовала долг. Павел однажды сказал: - Ты устала? - Устала. - Может, сиделку? - Не могу. Она моя мать. Он не спорил. К весне Валентина Андреевна начала ходить. Сначала по комнате, потом по коридору, потом вышла во двор. Врач сказал: - Восстановление хорошее. Ирина смотрела, как мать делает шаги. И понимала, что мать хочет остаться. Хочет жить с ними. Год. Два. Пять. Десять. Однажды вечером Ксения спросила: - Мам, ты её простила? - Нет. - Но ты её не бросила. - Это разные вещи. Ксения кивнула. - Я бы, наверное, не смогла. - Сможешь. Просто не заметишь, как. Через неделю Ирина вошла в комнату матери. Валентина Андреевна сидела у окна с книгой. - Мам, поговорить надо. - Слушаю. Ирина села на стул. - Ты уже ходишь. Врач сказал, восстановление хорошее. Ты уже можешь жить одна. Валентина Андреевна отложила книгу. - То есть ты меня выгоняешь. - Я не выгоняю. Я прошу. - Я же твоя мать. - Да. Ты моя мать. Я тебя выхаживала полгода. Я делала всё, что могла. Но жить вместе я не могу. - Почему? - Ты знаешь почему. - Я думала, ты уже забыла. - Не забыла. Валентина Андреевна долго молчала. Потом сказала: - Значит, всё-таки не простила. - Нет. - И не простишь. - Не знаю. Мать кивнула. Встала. Пошла на кухню. Через три дня она собрала вещи. Павел отвёз её домой. Ирина осталась. Она не поехала. Вечером позвонила Ксения. - Мам, как ты? - Нормально. - Бабушка уехала? - Уехала. Ксения не стала ничего говорить. - Я приеду в субботу. Ирина положила трубку. И впервые за много лет ей не было ни тяжело, ни пусто. Просто тихо и спокойно. Она знала, что поступила правильно. Автор: Женский журнал Cook-s