На следующий день приехала сестра Тамара. Она была старше на четыре года, жила в соседн...
На следующий день приехала сестра Тамара. Она была старше на четыре года, жила в соседнем районе и всегда отличалась прямотой. - Значит, ушёл, - сказала она, разуваясь. - Ну и пусть идёт. Дай мне список, что купить. Тамара стала приезжать дважды в неделю. Привозила продукты, помогала с уборкой, водила Нину в поликлинику. Она не жалела сестру и не вздыхала над ней. Она просто делала то, что нужно, и это оказалось самым правильным. - Ты не думай, что ты одна, - говорила она. - Нас двое. И Ольга. И Лариса внизу. Лариса, соседка с четвёртого этажа, появилась на пороге через неделю после отъезда Виктора. Она принесла кастрюлю с супом и сказала: - Нина Андреевна, я всё видела. Не буду спрашивать. Просто знайте: если что-то нужно — стучите в стену или звоните. С того дня Лариса заходила почти каждый день. То за солью, то просто посидеть. Она работала посменно и часто бывала дома днём. Вместе с Ниной они начали выходить на улицу: сначала до лавочки у подъезда, потом до угла, потом вокруг двора. Нина шла медленно, иногда держась за руку соседки, но шла. Лечение давалось нелегко. Были дни, когда Нина просыпалась разбитой и не могла встать с постели. Были дни, когда руки работали плохо и она не могла держать иголку. Тогда она просто ждала. Тамара привозила лекарства, Ольга звонила по вечерам, Лариса забегала с новостями. Нина научилась принимать помощь, хотя всю жизнь считала, что просить — стыдно. Постепенно стало легче. Врач подобрал лечение, обострения случались реже. Нина снова начала шить — сначала просто пришивала пуговицы, потом подшила юбку Ларисе, потом взяла заказ от соседки по подъезду. Работа отвлекала и возвращала уверенность. Она завела тетрадь и записывала туда всё: когда принимать таблетки, когда идти к врачу, что купить. В тетради появилась и другая страница — «что я сделаю, когда станет легче». Там было написано: поехать к Ольге, сшить внуку куртку, разобрать старые фотографии, посадить на балконе новую герань. Через два месяца Виктор позвонил. Нина взяла трубку. Голос мужа звучал устало. - Нина, здравствуй. Как ты? - Здравствуй. Хорошо. - Мама в больнице, - сказал он. - Положили на обследование. Я один. Дома пусто. Нина молчала. - Я тут подумал, - продолжал Виктор. - Может, я вернусь? Всё-таки тридцать пять лет. Я готов. - Ты готов, - повторила Нина. - А я не готова. - Нина, ну что ты как маленькая. Я же не от хорошей жизни уехал. Мама... - Я знаю, - перебила она. - Ты уехал к маме. Я это запомнила. И ты запомни, Витя: ты ушёл, когда мне было страшно. А теперь мне не страшно. Он помолчал. - То есть нет? - Нет, - сказала Нина. - Ты справишься сам. И я справлюсь сама. Всего доброго. Она положила трубку и постояла немного у окна. На улице шёл первый снег, крупный и мягкий. Во дворе дети лепили что-то из мокрого снега. Нина надела куртку и вышла на балкон. Вечером пришли Тамара и Лариса. Они пили чай на кухне, спорили о сериале и смеялись над тем, как Лариса перепутала номера квартир и стучалась к чужому соседу. Нина сидела вместе с ними и чувствовала, что дом снова стал её домом. Позвонила Ольга, спросила, как дела, и сказала, что приедет на Новый год с внуком. - Мама, ты как? - Я хорошо, - ответила Нина. И это была правда. Она повесила трубку, вернулась к столу и взяла тетрадь. На странице «что я сделаю, когда станет легче» она вычеркнула одну строку и дописала новую. Получилось так: поехать к Ольге, сшить внуку куртку, разобрать старые фотографии, посадить герань, записаться на компьютерные курсы. Нина закрыла тетрадь. За окном тихо падал снег, на кухне шумел чайник, Тамара рассказывала что-то смешное, а Лариса подливала всем горячую воду. Нина улыбнулась и подумала, что, несмотря на диагноз, жизнь, оказывается, идёт дальше. И в ней ещё много места для хорошего. Автор: Женский журнал Cook-s