- Два года, значит.
- Два года, значит. - Может, три. - Нормально. Я копила одиннадцать. - Мам. - Что? - Я не жалуюсь. - Я знаю. Я просто говорю: торопиться некуда. Он взял дольку, откусил. Сок потёк по пальцам. Он вытер их о джинсы, как делал в детстве. - Мам, я вот что понял. Ты тогда не квартиру защищала. - А что? - Меня. Она посмотрела на него. Двадцать шесть лет, обкусанные ногти зажили, руки крепкие, загорелые. Переученный левша, который так и не переложил ложку. - Не только, - сказала она. - Но и тебя тоже. Он кивнул. Больше не спрашивал. Вечером Людмила убирала со стола. Тарелка с яблочными дольками, две чашки, нож. Она вымыла всё, протёрла стол, повесила полотенце на крючок. Крючок был новый, хромированный. Она купила его лет пять назад, взамен того латунного, в форме листка. За окном двор. Фонарь горит. Машин стало больше: двадцать две. Или двадцать три, Людмила сбилась. Трещина на потолке никуда не делась. Маленькая, в углу, едва заметная. Людмила подняла голову и посмотрела на неё. Потом выключила свет и пошла спать. Коробка из-под туфель по-прежнему стояла на антресолях. Конверт внутри был пуст. Людмила давно переложила деньги на вклад. Но коробку не выбросила. Бежевая, с золотым тиснением. Крышка закрывалась только если придавить полотенцами сверху. Некоторые вещи не нужно объяснять. Нужно просто знать им цену. Автор: Копилка премудростей 👇👇