- Надо же, младшая внучка замуж выходит, - глядя на приглашение подслеповатыми глазами,...
- Надо же, младшая внучка замуж выходит, - глядя на приглашение подслеповатыми глазами, - сказал Иван Степанович, - вот времечко бежит, столько, как я, не живут. - Хватит бренчать, старый, - оборвала его на полуслове жена Мария Васильевна, - прибедняется, годами, видишь ли, прибавился. - Сказала она в шутку. - Ты, мать, помолдче будешь-то, - продолжал дед Иван, сняв очки, - на два года помолодче. - Ох, и нашел разницу – два года. Может быть этот стариковский спор, почти что ни о чем, так и продолжался, если бы дочка не позвонила. Мария Васильевна, поправив очки, трясущимся пальцем постаралась нажать на нужную кнопочку маленького телефона. К мобильному пожилые супруги привыкали с трудом, и пересилив себя, привыкли, наконец, к этой штуковине ради того, что с детьми можно поговорить. Дочка сообщила, что Арина завтра с женихом к ним приедет, то есть, к деду с бабушкой. Звонок наделал настоящий переполох. И дед Иван, и баба Маша озаботились, чем угостить молодежь - городские ведь, надо на новый манер, варениками не отделаешься. На другой день всё приготовленное дожидалось в холодильнике, даже тортик купили в своем сельском магазине, чем очень гордились. Арина с женихом Максимом заявились к обеду. Веселые... правда, жених немного смущенный. Скорей всего смущался, что на шее у него болталась связка баранок. Так сейчас уже и не продают, в основном в пакетах, да в коробках, видно сами нанизали баранки на тесьму. Были у молодых и другие гостинцы, которые тут же выложили на деревенский стол. - Вот же здорово мы подгадали, - весело защебетала Арина, - скоро у нас свадьба, а накануне у вас с дедом годовщина. Иван и Мария заморгали от удивления глазами, про свою годовщину регистрации они забыли, да и значения особого не придавали. Свадьбы тогда не было, просто вечер. - А это вам подарки, - сказал Максим, подав две коробки с бантами, - и вот еще, - он снял с шеи связку баранок, - в память о вашем знакомстве. И тут Иван Степанович часто-часто заморгал глазами и прослезился. В самое яблочко парень попал! Мария Васильевна тоже покачала головой: такого приятного сюрприза от внучки не ожидала. - Было, было, - рассказывала она за столом, - за баранки же я его полюбила, да за силушку его. Иван Степанович в двадцать лет уже прослыл на деревне силачом. Крепкий, как гриб-боровик, он поднимал любые тяжести, был незаменимым помощником для родителей. Но девушки у него не было. Странный какой-то, смотрели девчонки вслед, кусая губы, - ни на кого не глядит. Соседи часто приглашали помочь что-нибудь физически: - Подмогни, Ваня, - и Ваня шел, в шутку говоря: - Ну, если только за баранки. Денег он не брал, а от связки баранок не отказывался - любил баранки с чаем. Так же однажды и родители Марии позвали его, когда крышу латали. Маше тогда восемнадцать было, молоденькая совсем. Иван доски таскает, а она в окно на него засмотрелась… так в окне он ее и увидел. Девчонка домашняя, в клуб не ходила, он ее и не знал раньше. - Ну, Иван, отобедай с нами, предложили хозяева. - Да некогда, тороплюсь я, - ответил парень, поглядывая на окно. А на самом деле, застеснялся. - Ну, тогда, держи, - Машин отец протянул связку баранок, - и вот еще деньги, не гнушайся, помог ведь. От денег Иван отказался, свои все-таки, сельчане ведь. А баранки взял. И после этого дня старался с Машей увидеться. Уже потом, после свадьбы, она смеялась и говорила ему: - За баранки тебя полюбила. Но Иван-то знал, что не в баранках дело, он еще тогда заметил, как она на него в окно смотрела. Иван Степанович затуманенным взглядом посмотрел на баранки, лежавшие в глубокой тарелке, хотел что-то сказать, но слов не подобрал, так было тепло на душе. И всем понятно стало, что это те минуты, когда и без слов хорошо. Автор: Татьяна Викторова